Вьёрк не удивился, даже позволил себе лёгкую ухмылку. Люпиену везёт, просто поразительно, как ему везёт, и на почте, и в то утро, когда он поганил мою машину, его тоже никто не заметил, а ведь всю эту гадость не сделаешь за две минуты, и возле магазина его никто не видел, как никто не увидет, где он за майкой прячет огромный штык? Его везучесть достойна восхищения, и бесит, как, впрочим, бесит и другое: почему везёт только Люпиену?
- …Далее, я исследовал улицу, на которой произошёл первый конфликт. Ваш обидчик должен был примелькаться там на своём автомобиле, и возможно какая-нибудь из уличных камер могла бы его зацепить. У текстильной фабрики действительно такие оказались, но одна камера была направлена строго на ворота, а другая - снимала только пространство вдоль стены за забором. Вашему обидчику везло, - с мягкой иронией снова подытожил господин адвокат. - Я уже было даже решил, что всё это дело провальное. Я ещё потоптался на месте вашей ссоры и лишь тогда обратил внимание на Аптеку. Я зашёл с целью расспросить свидетелей (если, конечно, кто-то вообще что-то мог наблюдать), и, войдя, я тут же упёрся взглядом в большую панорамную камеру, которая охватывала всё крохотное помещение аптеки, но самое главное – стеклянную дверь и витрину. Вы понимаете, окна витрины там же на всю стену. Оказывается, двумя месяцами до этого в аптеку проникли воры, скорее всего наркоманы, которые искали для себя нужное лекарство. Ну, вы понимаете, какое… Так вот, хозяйка аптеки и обзавелась камерой. Аптекарь вас, кстати, запомнила, и она любезно предоставила мне запись того дня. Нам неслыханно повезло; счастье в несчастье, так сказать, - ресурсы памяти ограниченные, и каждый третий день новая запись накладывается на старую. Я ещё успел. Двумя днями позже и эта запись пропала бы. И вот что сняла камера!
С этими словами господин Капуто нажал пальцем клавишу, включился большой экран на стене и перед Вьёрком заиграл фильм.
Картинка была чёрно-белой. Скучный интерьер аптеки. На переднем плане: витрина с коробками, бумажные комары махали своими бумажными крылышками, время от времени кончики этих крылышек выглядывали из-за коробки. Картинка дёргалась, и это понятно, в экономии ресурсов, камера снимала двенадцать кадров в секунду, но качество изображения было хорошим. Улицу заливало яркое солнце. В контрасте с тёмными внутренностями аптеки, улица казалась засвеченной, и вся обстановка снаружи была уже не столь щедра на детали. Прямо за дорогой – тротуарчик, отгороженный от проезжей части зелёной посадкой. Его прерывает выезд из гаражей частных домов, что углубились на задний план. С обеих сторон от выезда к обочине примкнули припаркованные машины: справа виден нос, а слева - зад того самого джипа, чьё место так удачно унаследовал Вьёрк. Наверное, последняя его удача в жизни.
Из дома напротив вышел огромный мужик с холёной чёрной бородкой. Да, Вьёрк его припомнил. Мужик нёс перед собой большую упаковочную коробку. За ним шествовали оба его малолетних отпрыска. Мужик пересёк лужайку и подошёл к багажнику своего джипа. Если бы этот здоровенный мудак припарковал свою машину у собственного гаража, всей этой истории с Вьёрком, наверное, не произошло, и не сидел бы Вьёрк сейчас в кабинете у адвоката, а сидел бы дома на диване, и смотрел бы свой телевизор, который теперь перестал существовать, и с Кордулой он, наверное, не поссорился бы. Но мужик был слишком ленив заворачивать к гаражу, он не хотел мучений маневрировать оттуда задом. Днём ранее он ухватил свободное место на обочине дороги и таким образом подсунул свинью Вьёрку. Вьёрк вдруг почувствовал страшную злость к этому уроду. Из-за его лени у Вьёрка все беды, из-за его любви к большим автомобилям, с которыми трудно управлять, у которых не чувствуешь габаритов и, когда даёшь задом, толком не имеешь обзора, сколько не оборачивайся. Говорят, что любовь к большим тачкам компенсирует водителям неудовлетворительные размеры их крохотных членов. Вьёрк со злорадством подумал, что примета права, и у этого здоровенного мудака член длинною с полторавольтовую батарейку, и с зарядом на столько же.
Мужик поставил коробку на землю и открыл заднюю дверь, чтобы усадить отпрысков на сиденья.