— Довольно точное попадание.
— В моей работе важно быть наблюдательным, — он пожал плечами.
— Так куда мы сегодня направляемся? — спросила я, отставляя стакан.
— А, я забыл вчера сказать. Сегодня они должны снимать в Казани. Поэтому сегодня наконец-то их догоним.
Он произнёс это так небрежно, словно речь шла о прогулке в соседний двор, а не о цели нашей двухдневной погони.
В этот момент к нашему столику подошёл официант с двумя тарелками. На одной золотились идеальные сырники со сметаной, на другой — воздушный омлет с овощами.
— Ты что, заказал завтрак к моему приходу? — удивилась я.
Марк лишь пожал плечами:
— Нет, они просто долго его готовили. Как заберёшь свои вещи — выставлю счёт за всё: отель, одежда, кофе и еда.
Я фыркнула и принялась за омлет, он был такой воздушный. Всю жизнь бы ела такой завтрак.
— А мы их точно догоним?
— Если, конечно, ты снова не решишь поиграть в скорую помощь, — он поднялся, оставляя на столе деньги. — В пути около шести часов. Пора двигаться.
Мы вышли на улицу, и утренний воздух оказался прохладнее, чем я ожидала. Рука сама потянулась к карману — и повисла в воздухе. Бесполезная привычка.
Марк уже стоял у машины, придерживая открытую пассажирскую дверь.
— Садись, — бросил он, глядя куда-то поверх моей головы. — Основной поток разъехался.
Я молча пролезла в открытую дверь, стараясь не задеть его.
Машина тронулась, и мы выехали на довольно свободную трассу. Я смотрела в окно и думала о том, что сегодня всё действительно может закончиться. Верну свои вещи, распрощаюсь с этим угрюмым типом...
...и что дальше? Уеду домой, к своей старой жизни, как будто ничего и не было. Снова серые стены, вечная рутина... От одной этой мысли стало так тоскливо.
Марк переключил передачу, и звук вернул меня в салон.
— Слушай... — начала я, не зная сама, что хочу сказать.
Он коротко глянул в мою сторону, ожидая продолжения.
— Ничего, — махнула я рукой и снова уткнулась в окно. Пейзажи за стеклом мерно проплывали мимо, навевая странное ощущение нереальности происходящего.
Внезапно Марк нарушил тишину, не отрывая взгляда от дороги:
— Расскажи что-нибудь.
Я удивлённо повернулась к нему:
— Что?
— Что угодно, — он слегка повернул голову в мою сторону. — Можешь, например, объяснить, зачем ты пошла в реалити-шоу?
— Моя подруга считала, что мне нужно встряхнуться, — начала я, глядя на убегающую за окном разметку. — Я не хотела подписывать документы… но напилась и подписала.
В салоне на секунду воцарилась тишина, нарушаемая только шумом двигателя.
— Не ожидал я такого ответа, — хмыкнул он.
— Да уж, — я сгорбилась в кресле, глядя на свои руки. — Просыпаешься утром, а у тебя не просто похмелье, а подписанный контракт на участие в шоу. Это как-то слишком даже для плохого дня.
— По крайней мере, теперь у тебя есть уникальный опыт, — сказал он, и я уловила лёгкую насмешку в его голосе. — Мало кто может этим похвастаться.
— Уникальный опыт гонки за автобусом с продюсером-тираном?
Округлив глаза от обиды, он на секунду отвел взгляд с дороги:
— Тираном? Я же купил тебе кофе. И одежду. И завтрак.
— Чтобы потом выставить счёт, — напомнила я ему.
— Ты видишь только плохое, — он покачал головой, но в углу его рта играла улыбка. — А то, что ты сейчас не лежишь на асфальте у вокзала, не в счёт?
Я хотела возразить, но слова застряли в горле. Он был прав. Насколько ужасной ни была бы эта ситуация, она могла быть ещё хуже.
— Ладно, — сдалась я. — Может, ты и не тиран.
— Не делай добра — не получишь зла.
Уже собиралась огрызнуться, как внезапно осознала — мочевой пузырь вот-вот лопнет.
— Слушай, — неуверенно начала я. — Мне нужно... то есть, можешь остановиться на заправке?
Марк бросил на меня быстрый взгляд.
— Прямо сейчас?
— Ну... да, — я почувствовала, как краснею. Из всех просьб эта казалась самой неудобной.
Он ничего не ответил, но через пару километров включил поворотник.
— Пять минут, — сказал он, останавливаясь у входа. — Торопись.
Я направилась к двери с табличкой «Туалет», перед которой выстроилась небольшая очередь. Когда я наконец вернулась к машине, Марк сидел на водительском месте с закрытыми глазами.
Дверь бесшумно поддалась, впуская меня в салон. Я устроилась на сиденье, стараясь не нарушать тишину.
Это не помогло. Он вздрогнул и резко открыл глаза.