— Что ж, — сказал он, делая вид, что сочувствует. — Твоему другу, я смотрю, придётся уйти переодеться. А мы пока можем погулять.
Марк на секунду замер. Его взгляд скользнул с Жени на меня — на моё испуганное, растерянное лицо. Он протянул руку, взял со стола мою шаверму, сунул её мне в руки, затем крепко обхватил моё запястье.
— Пошли, — его голос, низкий и спокойный, не допускал возражений. И, не оглядываясь, он вывел меня из кафе, оставив Женю одного с его глупой улыбкой и лужей кофе на полу.
Глава 7
Мы выскочили на улицу, и Марк потащил меня за собой. В моей руке дразняще пахла шаверма. Я, спотыкаясь, пыталась на ходу прицелиться и откусить хоть кусочек. Бесполезно.
Он резко остановился посреди тротуара. Я едва удержала равновесие.
— Марк, ну зачем так бежать? — выдохнула я, перекладывая шаверму из руки в руку. — Я даже поесть нормально не смогла!
Он обернулся и с чистым, почти детским недоумением посмотрел на меня. Его взгляд упал на шаверму.
— Ты... прямо на ходу хотела поесть?
— Ну да, — ответила я, сбитая с толку его тоном. — А что?
Марк уставился на меня ещё секунду, затем медленно провёл рукой по лицу.
— Ты глупая?
— А ты? — огрызнулась я, тыкая в его кофейное пятно. — Зачем побежал так, будто он преступник какой?
— Хотел ему врезать. Но увидел, как ты испугалась, и решил просто уйти.
Я замерла.
— За что ударить-то? Он же случайно.
Марк посмотрел на меня долгим, оценивающим взглядом.
— Ты действительно глупая, — тихо произнёс он.
Я развернулась, дошла до скамейки и села есть. Он подошёл и сел рядом. Молча. Я доела, выкинула обёртку и скрестила руки на груди.
— Наелась? Пошли теперь одежду купим.
Я промолчала.
— Ну хватит обижаться.
— Я что, ребёнок, чтобы обижаться?
Он улыбнулся.
— Чего смешного?
— Соус, — сказал он, указывая пальцем в угол своего рта.
Я автоматически потянулась к своему лицу, пытаясь стереть. Марк вздохнул, коротко, почти неслышно. Потом протянул руку и большим пальцем стёр что-то у меня на носу.
— И тут, — пояснил он и обтер палец об поло. — Пошли.
Мы пошли к дверям торгового центра. Внутри было ярко и людно. Он сразу свернул в первый магазин одежды у входа. Пошел в женский отдел, взял чёрную футболку. Потом с полки — спортивные штаны. Повернулся ко мне.
— Тебе же нужно… нижнее бельё. Ты иди посмотри, а я пока выберу себе одежду.
Я кивнула и пошла вдоль стеллажей. Лицо горело от стыда. Схватила первый же недорогой комплект моего размера и вернулась к кассе. Он молча взял у меня вещи, сложил со своими и заплатил.
Мы пошли к отелю. Пакеты шуршали в его руке. Тишина между нами была уже не такой ледяной.
— Слушай, — наконец произнес он. — Я глупой тебя назвал не чтобы обидеть.
Я фыркнула.
— Ты идиот. Но я тебя так назвала, не чтоб обидеть.
— Тебе не кажется, что это не одно и то же? — Вздохнул он.
— Я не виновата, что ты такой вспыльчивый.
— Я не виноват, что ты такая невнимательная. — резко ответил он.
— И в чём же я была невнимательна?
Он на секунду остановился и повернулся ко мне.
— В том, что тот парень специально пролил кофе. Это была не случайность, Аля.
— Я знаю, — тихо призналась я.
Теперь он удивлённо поднял бровь.
— Знаешь? А зачем тогда ты его защищала?
Я пожала плечами, уставившись на асфальт.
— Думала, ты не заметил. Чтоб не так сильно злился.
Он замер, смотря на меня долгим, непонимающим взглядом. Потом медленно, как будто разгадывая сложную задачу, спросил:
— То есть... ты увидела, что он это сделал нарочно. И решила убедить меня, что это случайность... чтобы меня успокоить?
В его голосе было чистое недоумение. Я лишь кивнула, не в силах поднять на него глаза. Мне вдруг стало дико стыдно за этот наивный план. Он глубоко вдохнул и выдохнул, и этот вздох звучал как выпускание пара из котла, в котором давление наконец-то спало.
— Ладно, — просто сказал он. — Понял. Пошли.
И он снова зашагал к отелю, но теперь его шаг был не таким отрывистым и сердитым. Он шёл ровно, позволяя мне идти рядом, а не тащиться сзади. Мы не разговаривали до самого отеля.
Мы дошли до отеля и поднялись в лифте. В коридоре он остановился у моей двери.
— Я приду через двадцать минут. Будь готова. — Бросил он и подошел к двери своего номера, вставляя карту в замок.
Я зашла в свой номер, действуя на автопилоте, побежала в душ. Он смыл остатки соуса, дорожную пыль и липкое чувство стыда. Футболка и спортивки были немного великоваты. Они пахли фабричной свежестью и были абсолютно чужими. В них я чувствовала себя переодетой в костюм для какой-то непонятной миссии. Старые вещи, я сунула в тот же магазинный пакет.