— Что это? — спросила я, приподнимаясь на локте. Аромат куриного бульона заполнил комнату.
— Это суп. Для больных людей положен суп. Я заказал, пока ты спала. Думал, привезут раньше. Будешь?
Я смотрела то на него, то на суп. Он стоял, скрестив руки, ожидая. Я взяла миску. Она была тёплой, почти горячей. Я сделала первый глоток. Бульон был наваристым, с тонкой лапшой и кусочками курицы. Это был самый вкусный суп в моей жизни. Быстро опустошив миску, я протянула её Марку. Он отнёс её на кухню, выключил свет и лёг обратно.
— Спасибо, — сказала я, чувствуя, как по щекам катятся глупые, неожиданные слёзы от этой простой, тихой заботы.
— Не за что.
Быстро погрузившись в сон, мне приснилось, что я обнимаю огромную, воздушную зефирку. Она была белой, упругой и пахла ванилью. Я пыталась откусить от неё кусочек, но зефирка выскальзывала из рук, подпрыгивала, дразняще колыхаясь. Я смеялась во сне и бежала за ней по бескрайнему зелёному полю, понимая, что мне никогда её не догнать, но от этого погоня становилась только веселее.
Глава 9
Я проснулась от ощущения тепла и невероятной мягкости. Во сне я обнимала что-то большое, втиснула в это нос и сладко потянулась. Пахло чистотой и... Марком. Мысль пронзила сознание, как иголка.
Медленно открыла один глаз. Обнимала я не Марка, а его большую белую подушку. Его сторона дивана была пуста, одеяло сброшено.
Я отодвинула подушку. За окном — серый рассвет. Тишина.
Вышла на кухню. Он сидел за столом, в очках, с книгой и кофе. Лицо — как после ночного дежурства.
— Доброе утро, — сказала я.
— Да уж, очень доброе, — ответил он, не отрываясь от книги. — Особенно когда тебя обнимают и кусают за руку. Я отодвинулся и накрылся — ты снова прилипла и вцепилась в одеяло. Пришлось встать и подсунуть тебе подушку.
Он показал тыльную сторону ладони. Два небольших, но отчётливых покраснения от зубов. Я почувствовала, как жар ударил в лицо.
— Извини, мне приснился зефир... — пробормотала я.
— Зефир, — повторил он, наконец подняв на меня взгляд. В его глазах мелькнула усталая усмешка. — Я даже не удивлен. У меня хорошее настроение, так что я прощу тебя.
Он отпил кофе.
— И что же такого случилось? — поинтересовалась я.
— Вчера вышла первая серия. Рейтинги взлетели.
— Там была драка? Обычно просто от этого большие просмотры.
— Нет, один парень рассказал душераздирающую историю, как его предали две девушки.
— Я думаю он все придумал для шоу, — фыркнула я, наливая себе чай. — Шоу есть шоу. Скандалы, интриги...
— Главное, что работает. Не мы же создаём эти скандалы.
Я внимательно посмотрела на него. Тени под глазами, чуть дрожащая рука с кружкой. Он был на пределе.
— Слушай, тебе нужно поспать. Хотя бы час. Ты себя видел?
— Я в порядке.
— Марк. Если ты заснёшь за рулём, мы попадем в аварию. Иди.
Он задержал взгляд на мне, потом сдался. Поставил кружку в раковину.
— Ладно. Ровно через час разбуди.
Он ушёл в гостиную. Я села на его место. Нужно сделать бутерброды в дорогу. Поднялась, открыла холодильник. Батон уже лежал на столе — Марк, видимо, забыл убрать его на полку вчера. Дело двадцати минут. Я собрала несколько плотных бутербродов, завернула в пергамент и убрала в контейнер. Посмотрела на часы. Прошло только двадцать минут.
Тишина в квартире стала давить. Я подошла к столу и взяла его книгу. Ту самую, в твёрдом переплёте, которую он читал и устроилась на его стуле.
Сюжет затянул мгновенно. Я забыла о времени, о кухне, о спящем Марке в соседней комнате. Переворачивала страницу за страницей, иногда отрываясь, чтобы сделать глоток уже остывающего чая. Когда я наконец подняла глаза на часы, то ахнула. Было без пятнадцати девять. Он спал уже почти полтора часа.
С лёгким уколом совести я захлопнула книгу и пошла в гостиную.
Марк спал на боку, зарывшись в подушку. Я осторожно присела на край с его стороны.
— Марк, — прошептала я. — Проснись. Мы проспали.
Он не шелохнулся. Я положила руку ему на плечо, слегка потрясла.
— Марк. Подъём.
Он что-то пробормотал, повернулся на спину, но глаза не открыл. Его рука, тяжёлая и расслабленная, упала мне на колено. Его пальцы непроизвольно сжались, слегка вцепившись в ткань моих шорт. Я убрала его руку.
— БЫСТРО ВСТАЛ БЛ*ЯТЬ, ПОКА Я ТЕБЯ ВОДОЙ НЕ ОКАТИЛА!
Марк дёрнулся, как будто его ударили током. Глаза распахнулись, полные паники спросонья.
— Ты чего орешь? — прохрипел он, прикрывая глаза ладонью.
— Поехали, — сказала я, наконец сбавив тон. — Ты полтора часа поспал.