— У меня было всего две девушки в жизни, — начал он тихим, проникновенным голосом. — Первая... её зовут Аля. Мы встречались ещё в колледже. Она никогда никуда не хотела идти, я постоянно её куда-то тащил на свидания. Цветы постоянно дарил, подарки... А она ушла. Сказала, что влюбилась в моего друга. Вторая. Её звали Маша, — голос Ника на записи звучал проникновенно. — Мы расстались полгода назад... за месяц до нашей свадьбы. Она сказала, что я мало зарабатываю. Что у неё нет будущего со мной.
Я выключила видео.
Тишина в салоне была гулкой, но мои мысли кричали, заглушая всё. Он нагло врал. Он врал, что с Машей они расстались полгода назад. Я видела их вместе неделю назад. Он врал, что тащил меня... Это я, дура, тащила его. В кино, к друзьям, погулять. А он только смотрел в телефон. Он врал про цветы и подарки. Цветы были только в первый месяц отношений. Потом — ни одного. Даже на восьмое марта. Про подарки я вообще молчу... Их не существовало в природе. Ни одного.
Я решила прослушать голосовое Крис.
Из динамика телефона хлынул поток матов, сквозь который едва пробивался сдавленный от ярости голос подруги: «...Этот... Ник... а не мужик! Жигало! Я тебе говорила, что он...»
Я тут же выключила. Даже не смотрела на Марка. Застыв взглядом на своих коленях и чувствуя, как по мне бегут мурашки от стыда и бессильной злости.
Телефон выскользнул у меня из ослабевших пальцев и мягко упал на мои ноги. Я не попыталась его поймать. Марк ничего не сказал. Он молча потянулся подобрал телефон и положил его в карман.
Глава 10
Мне казалось, что я слышу, как бьется мое сердце — громко, неровно, предательски. Марк посмотрел на меня — короткий, оценивающий взгляд, прежде чем снова уставился на дорогу.
— Так значит, это ты его бывшая?
Я кивнула, глядя на свои колени.
— Да. Это я.
Внутри всё сжалось, готовясь к его следующему вопросу. К «и зачем ты так поступила?» или «ты правда ушла к его другу?» Вместо этого он просто спросил:
— А как было на самом деле?
Я повернула к нему голову, не веря. Вопрос был задан так просто, так спокойно. Как будто он с самого начала предполагал, что правда на моей стороне.
— Во-первых, я ни к кому не уходила, — начала я. — Во-вторых, цветы были только в первый месяц. Потом всё. Подарки... только я ему их и дарила. Мы никуда не ходили. Даже праздники он с друзьями отмечал, а я дома одна сидела.
Я глотнула воздух. Говорить было больно, но остановиться уже не могла.
— Мне рассказывали, что он с девушками флиртует, обнимается. Я не верила. Думала — преувеличивают. А потом... мне фото показали. Где он целуется с другой в компании друзей.
Голос дрогнул. Я сжала кулаки.
— Я всю ночь тогда ревела. А наутро... просто всё внутри умерло. Чувств не осталось. Я его игнорировала, а он даже не заметил. Потом пришёл и сказал, что я ему надоела. Что расстаёмся. И признался, что изменял.
Я замолчала. Выдохлась.
— У меня даже вся переписка осталась с его признаниями.
Марк молчал. Несколько секунд, которые показались вечностью.
— И как ты с ним вообще встречалась? — спросил он наконец.
— Не знаю, глупая была.
— Говоришь, переписки остались?
— Да. И скрины в переписке с Крис, и даже то фото с другой девушкой.
Марк задумался. Я видела, как он обдумывает что-то, постукивая пальцами по рулю.
— А не хочешь правду рассказать? С этими скринами?
Я горько усмехнулась.
— И как я её расскажу? Телефона у меня нет. Да и если бы выложила... кто это увидит? Пятьдесят человек? Разве это сравнится с аудиторией шоу?
Вместо ответа Марк коротко взглянул на меня, затем потянулся к сенсорному экрану на центральной консоли. Его пальцы быстро пролистали меню, и через секунду в салоне раздался гудок вызова.
— Алло, Паш, — сказал он, не отрывая глаз от дороги. Голос его стал другим — деловым, энергичным. — Слушай, у меня гениальная идея для финала. Того парня, Ника, надо оставить в проекте до самого конца. Та самая его бывшая Аля, про которую он рассказывал, — это наша опоздавшая участница.
Паша зевнул и с не интересом произнес: «Так и в чем идея? Столкнуть их?»
— Нет, слушай…
Он вкратце, почти телеграфным стилем, пересказал суть: фото, признание в изменах, переписки.
Из динамика донёсся оживлённый голос Паши: «Серьёзно?! Да это же огонь! Надо обязательно это в шоу вписать! Шок для зрителей, скандал!»