И они разошлись, пожав друг другу руки.
***
Вечером начался дождь. Джек как раз заканчивал загонять лошадей в стойло Баттоксов. Они обеспечивали конным транспортом всю колонию и владели большим загоном за стеной. Их уважали и боялись одновременно. Но вовсе не за состояние. А за трех братьев Баттоксов: Николя, Юбер и Тибо. Всем им уже стукнул тот возраст, когда пора либо идти в армию, либо искать невест. Каждый из них ростом и весом уже догнал взрослого мужчину. Из-за скверного характера, братья Баттоксы получили уважение из страха. В прочем, их это вполне устраивало.
Их отец платил Джеку мукой и молоком. А братья - колкими словами про приемыша, выкидыша и беспризорника. Ни один из них не имел дело с плугом и едва умел держаться в седле. Но они были крепкими, с широкими руками и полностью пустыми головами, в которых гулял юношеский ветер. И все, что интересовало их в этой жизни - деньги, драки и задирство.
Джек знал. И не раз попадал в "их" ситуацию. Но мама обрадуется, если он принесёт в дом муку и молоко. А если завтра ещё заработает у мадам Леруж несколько яиц и масла, то сможет приготовить блинов и порадовать её ещё больше. Он уже забыл, когда она улыбалась в последний раз. Без боли. Без сожалений.
Но сбыться его мечтам было не суждено.
Потому что братья Баттоксы возникли на его пути так же внезапно, как и начался дождь.
- Опять ты, подкидыш, - сидя на заборе, хохотал Николя. Он грыз вафлю, и его большие щеки были густо измазаны мёдом. Джек мельком подумал, что многое бы отдал, чтобы хоть раз в жизни попробовать мед.
Юбер бил палкой большой травяной куст. Тибо гладил пса, держа его за ошейник. Все ненавидели эту огромную черную дворнягу с кривыми клыками. Она хрипела, а не лаяла, воровала еду со стола и слушала только Тибо.
- Ты слушаешь меня, подкидыш? - хрипнул Николя. Закончив с вафлей, он вытер руки о штаны и спрыгнул с забора. Его грузное тело едва устояло на скользкой земле. - Убирайся в свой двор. Ты воняешь.
Джек не слушал. Он пересчитал лошадей, проверил, у каждой ли насыпан овёс и налита вода. Все ли стойла закрыты на засов. Именно за такую работу ему платят. А не за выслушивание оскорблений. И уж тем более реакцию на них.
- Эй, ты!
Больше всего на свете Николя не любил, когда его игнорировали. Когда Джек подошёл, чтобы закрыть большой засов на дверях конюшни, он схватил его за плечо. Грубо и жёстко. Сжал. И вот тогда Джек не смог молчать.
- Пусти, Николя. Мне больно.
- Больно?
Он сжал сильнее. Мальчик тихо скрипнул зубами. Мама учила его не отвечать на оскорбления.
Но когда Николя приподнял его над землёй и швырнул в грязь, а двое других братьев засмеялась, что-то произошло. То, чего никто из них не ожидал. Даже сам Джек.
У него бывали вспышки, когда голова отключалась, а руки действовали сами собой. Он был сильнее многих детей и подростков в колонии. Он легко управлялся с плугом и однажды согнул несколько гвоздей разом. Только чтобы не сорваться, не наговорить лишнего.
Но сейчас говорить ему не хотелось. Он собрал силу в кулак и как следует ударил толстяка в живот.
По небу будто пролетела молния. И все вокруг замерло.
Николя упал, громко дыша и хватая ртом воздух. Он держался за живот, цепляясь за ткань так, что она стала трещать.
Юбер подскочил первым. Посмотрел на наливающееся пунцовой краской лицо брата, сдвинутые к переносице густые брови, хаотично подергивание ногами.
И ударил в ответ палкой. Наотмашь.
Прут рассек Джеку щеку некрасивой бороздой. Тут же набежала полоса яркой крови.
- Тибо!
Он слышал, как зарычала та клыкастая тварь, которую они зовут собакой. Видел, как Тибо указывает на него и отпускает поводок. Заметил, как пёс срывается в бег. И как расплывается в улыбке лицо младшего из братьев Баттокс.
Но он не стоял. Он тоже начал бежать. Рванул, словно ветер. Перепрыгнул полуметровый забор, словно резвый скакун. Он слышал хриплый лай здоровой псины и почти слышал её противное дыхание за своей спиной.
Но сбивчиво дышала не собака, а один из братьев. Оборачиваться и убеждаться, кто из них, Джек не хотел.
Впереди был лес. Глухой, глубокий, чёрный и опасный. Неприветливо-первобытный, как называли его колонисты.
Но Джек не боялся леса. Он боялся братьев Баттокс. И собаки, едва не кусавшей его за пятки.