- Да, хочу.
А потом тьма поглотила его.
***
Он нашёл себя на поляне, в окружении солнечных цветов. Они искрились и сияли, излучая странное молочное сияние. Джек оглядывался и не мог понять, где находился. Прошёл вперёд, ступая прямо по цветам, которые хрустели и казались стеклянными. Но ничего не изменилось. Он не чувствовал боли, хотя понимал, что нога должна кровить и болеть, если бы он наступил на настоящее стекло.
А затем сзади раздался рык. Это был рык, полный отчаяния и боли.
Джек обернулся.
Перед ним стоял волк. Большой, с рыжевато- коричневой шерстью, огромными лапами и полностью чёрными глазами. Они глядели друг на друга какое-то время. Джек склонил голову на бок. Волк повторил его движение. Джек сделал шаг навстречу. Волк повторил. Джек начал бежать.
Волк начал бежать тоже.
Джек ударил.
Волк ответил.
И они сцепились. Били друг друга человеческими руками и звериными лапами. Кричали и рычали, царапали и ломали кости.
Но никто из них не мог победить другого. Они были равны. А потом Джек кое-что понял.
У него болели рёбра и ноги – как раз там, куда он бил волка. У него сломался зуб – тот, который он выбил волку точным ударом кулака. У него кровь шла из носа равно после того, как сам он ударил волка ногой по носу. И рука болела та же, которая – вывихнутая волчья лапа – висела как плеть.
Джек понял, что всё-таки он один на этой поляне. Джек понял, кто перед ним.
Джек понял, что сражается сейчас с самим собой. Джек поняла, что самый главный враг для себя – он сам.
Нет жизни без проклятия оборотня. Потому как он таким родился и не должен познать жизни другой. Нет будущего, если будет продолжаться из борьба – человек и зверь напротив друг друга в его душе стояли всегда, но что будет, если они встанут бок о бок и будут смотреть в одну сторону? Что будет, если они обьединятся?
Джек понял, что не сможет ни отказаться, ни убить зверя внутри себя. Потому что он – часть его. Как рука и нога. Как голова и зрение. Они едины. И вместо борьбы, им стоит научиться работать вместе.
Или умереть, пытаясь.
И в это мгновение он открыл глаза.
Эструсса спала, свернувшись клубком в углу пещеры. Костёр давно потух, в воздух взвивалась змейка серого дыма. Дождь снаружи кончился. Но небо оставалось чёрным и хмурым. Хотя вдалеке забрезжил яркий рассвет.
Джек вдохнул полной грудью сырой холодный воздух. И понял, что ощущает его теперь острее и ярче. Коснулся свода пещеры – камень был до боли холодный и острый.
Он слышал едва различимое дыхание девушки, показавшей ему и научившей его. Теперь Джек полностью понимал, что ему нужно делать дальше.
А будущее встретило его тишиной и покоем ночной зимней прохлады.
***
Её звали Мари-Анж. Она любила книги, тишину и прогулки по лесу. И ненавидела человека, укусившего её.
Его звали Базил.
И он привёл стаю в Анмьенму.
Глава N
Они вышли из леса, когда солнце было высоко над горизонтом. Джек расстегнул воротник меховой попоны. От долгой ходьбы он не чувствовал себя уставшим, но сильно взмок. Эструсса шагала рядом, опираясь на посох. Временами ему казалось, будто она и вовсе не касается земли, а плавно плывет над ней, как лодка по волнам. А может, ему это лишь казалось. В конце концов, за ней оставались вполне человеческие следы от маленьких ножек, обутых в высокие клепанные сапоги. Она завернулась в плащ и надела на голову капюшон. Но когда шла, его полы развевались в стороны, открывая белоснежное платье с красной вышивкой, подчеркивающее тонкую фигуру. Она заплела волосы в две тугие длинные косы, спадающие до самого пояса. И Джек искренне не понимал, зачем она прячет столь прекрасное лицо в тени.
Ровно до того момента, как они пересекли границы Анмьенмы. Несколько женщин сперва кинулись им навстречу, но заприметив белоголовую незнакомку и вглядевшись в неё сильнее, кинулись прочь. Джек лишь изумлённо пожал плечами на её немой вопрос, застывший в глазах.
А затем он понял, что за чувство не давало ему покоя: не такой Анмьенму он оставлял. И не такой он её помнил.
Пока они дошли до лавки, то насчитали с десяток домов с заколоченными окнами. Почти не видели мужчин и стражи. Вместо них – лишь испуганные лица женщин, изредка – детей. Пара стариков и военных калек вместо охраны на воротах. И всё одно и то же: напуганные лица, боль и ужас в глазах.
- Что тут происходит? – спросил сам у себя Джек, не надеясь получить ответ.