Грей читал, изредка делая пометки на полях острым карандашом. Его лицо было бесстрастно. Он не злился. Он оценивал ресурсы и риски, как инженер — детали механизма. Закончив, он отложил папку и прошёл в смежную со своим кабинетом личную комнату. Скинул костюмную рубашку, дорогие брюки. Надел простые чёрные тренировочные штаны и тёмно-серую футболку из мягкого хлопка. Снял серьги-кресты, аккуратно положил их в шкатулку. Дракон на руке теперь смотрелся органично. Он умыл лицо холодной водой, на мгновение задержав ладони на коже, сбрасывая остатки напряжения. Взгляд в зеркале был усталым, но чистым. Готовым. Только теперь он направился в буфет. Основной наплыв людей уже схлынул. Тётя Зоря, увидев его, молча поставила перед ним на стол уже подготовленную тарелку. Она знала его график. Борщ. Густой, наваристый, с куском говядины, сметаной и свежей зеленью. Не диетический, а тот, что даёт силы. Пюре — воздушное, с молоком и маслом. Две крупные тефтели в томатно-сметанном соусе. Клубничный компот. В большой кружке, с ягодами. Кусок ржаного хлеба. Никаких изысков. Простая, сытная, почти домашняя еда. Грей ел молча, быстро, но не торопясь. Каждое движение было целесообразным. Он не получал особого удовольствия — он заправлялся топливом. Однако, когда он попробовал компот, его глаза на секунду смягчились. Он всегда любил клубнику. Он допил компот до дна, выловил все ягоды и только потом встал.
— Спасибо, тёть Зорь, — сказал он, возвращая посуду на мойку. — Как всегда, в точку.
— Знаю я тебя, зайка, — вздохнула она. — Иди уже. Разберись с ними. Но без лишней жёсткости, а? Молодые ещё, глупые.
— Без жёсткости не поймут, — тихо, но твёрдо ответил Грей. — Но и ломать не буду. Только направлю.
Он вышел из буфета. До встречи с новичками оставалось двадцать минут. Он был сыт, собран и полностью погружён в роль судьи и наставника. Этап личных потребностей был закрыт. Наступало время работы. Тренировочный зал был пуст и тих, если не считать приглушённого гула вентиляции. Пять фигур стояли по стойке «смирно» у дальней стены. Грей вошёл не спеша, в руке — та самая папка с отчётами. За ним, словно тень, — Натцу, а чуть поодаль, у двери, встал Шериф, его каменное лицо не выражало ничего. Грей прошёл мимо них, не глядя, и остановился посередине зала. Повернулся. Его взгляд, холодный и оценивающий, медленно скользнул по каждому лицу.
— По порядку, — сказал он тихо, но так, что слова отчётливо отдались в тишине. — «Грач». Сергей. Шаг вперед.
Сергей, напряжённый, но собранный, сделал чёткий шаг. Грей открыл папку.
— Стараешься за двоих. Вижу. Берёшь на себя чужую халтуру — глупо, но понятно. Твоего напарника разберу отдельно. Ты получишь наставника. Будешь учиться работать в паре не как нянька, а как лидер. Если через месяц он не выровняется — спрошу с тебя. Понятно?
— Понятно, босс, — твёрдо ответил Сергей.
— Свободен. Жди указаний от Натцу.
Сергей, чуть выдохнув, отступил на место. С ним было быстро и ясно — его потенциал увидели и дали шанс.
— «Крот». Марк.
Марк шагнул, чуть подрагивая. Грей посмотрел на него, и его взгляд стал не таким острым, но не менее проницательным.
— Ты — хороший исполнитель. Пока есть чёткий план. Но мир редко идёт по плану. Будешь тренироваться со мной и Шерифом раз в неделю. Ситуации нештатные, давление, внезапные вопросы. Пока не научишься не тупить. Сломаешься — уйдёшь. Выдержишь — станешь крепким орешком. Выбор за тобой.
— Я… я выдержу, босс.
— Посмотрим. Свободен.
— «Волхв». Дмитрий.
Старший из новичков попытался принять вид уверенного в себе профессионала. Грей изучал его несколько секунд.
— У тебя в голове — каша из голливудских фильмов и теорий заговора. Твои «гениальные» догадки вчера едва не заставили нас менять весь график патрулирования из-за выдуманной угрозы. Здесь ценятся факты. А не фантазии. — Грей сделал паузу, давая словам впитаться. — Ты отправляешься на склад №2. На месяц. Инвентаризация, учёт, погрузка. Руками. Когда отскребёшь от пальцев грязь и поймёшь, как на самом деле крутятся колёса, может, поговорим. А сейчас ты не аналитик. Ты — грузчик с большими амбициями. Всё ясно?
Дмитрий побледнел, его спесь сдулась, как проколотый шарик.
— Ясно, — прохрипел он.
— Отлично. Завтра в шесть утра ты уже на складе. Свободен.
И, наконец, очередь дошла до неё.
— «Сойка». Лена. Шаг вперед.
Лена вышла с лёгкой, почти вызывающей уверенностью. Её поза говорила: «Я знаю себе цену».