Грей не моргнул, но его взгляд стал острее.
— Продолжайте.
— После… после того, как всё случилось, — Артём проглотил, — после того как Батя погиб, а вы… вы отпустили остальных, у нас не осталось выбора. Те, кто вернулся, в панике. Говорят, вы всех перебьёте. Что вы теперь всех добьёте. Другие говорят — надо бежать, пока есть время. А мы… мы не хотим бежать. Мы видели, как вы поступили с пленными. Дали уйти. И как вы пришли за ними одни.
Он посмотрел прямо на Грея.
— Мы хотим работать. На вас. У «Кулака» теперь бардак, каждый тянет одеяло на себя. Там нет больше ни порядка, ни… чести. А здесь, мы видели, она есть. Даже в таком… — он запнулся, подбирая слово, — в таком жестоком виде.
Грей молчал, оценивая. Это могла быть уловка. Внедрение. Но в глазах этого Артёма читалась не ложь, а отчаяние человека, который потерял почву под ногами и ищет новую, пусть и шаткую.
— Почему я должен вам верить? Вы воевали против моих людей. Возможно, ваши пули нашли их.
— Не наши, — резко сказал Артём. — Мы были на берегу. Стрельба на кораблях… это была группа Бати. Его личные люди. Мы — простые солдаты. Нас поставили на эту дыру охранять склад. — Он опустил глаза. — Но да, мы служили той стороне. Это наша вина. И мы готовы её отрабатывать. Чем угодно.
Грей медленно прошелся по комнате.
— Что вы можете предложить, кроме раскаяния?
— Информацию. Расположение оставшихся складов «Кулака». Имена тех, кто действительно верен его памяти и будет мстить. Схемы их связи. Всё, что знаем.
— И что вы хотите взамен?
— Место. Не сразу, мы понимаем. Испытательный срок. Любую, самую грязную работу. Но… и защиту. Для наших семей. Если «Кулак» узнает, где мы… — он не договорил, но смысл был ясен.
Грей снова остановился напротив него. В его голове быстро взвешивались риски и выгоды. Эти люди были предателями. Но предавали того, кто их предал первым, бросив на произвол судьбы. Они были сломлены и искали сильного. А он… ему сейчас как раз нужны были глаза и уши во вражеском стане. И рабочие руки для восстановления.
— Ваши товарищи у ворот согласны?
— Да. Мы всё обсудили.
— Хорошо, — сказал Грей. — Вы останетесь. Но не здесь. Вы отправитесь в порт. На восстановление «Нептуна» и «Волны». Будете работать под охраной и под наблюдением. День и ночь. Без права выхода за периметр. Информацию будете передавать через Натцу, — он кивнул в сторону зеркала, за которым стоял врач. — Если ваши данные проверятся, и вы не попытаетесь нагадить — через месяц обсудим ваше положение. Если хоть один из вас чихнет не туда — отвечать будут все трое. И ваши семьи. Понятно?
Артём выдохнул с таким облегчением, что, казалось, из него вышла вся душа.
— Понятно. Спасибо, босс.
— Не благодарите. Вы ещё ничего не сделали. Вас ненавидеть будут и там, и, возможно, здесь. Это ваш выбор.
Грей вышел из комнаты. В коридоре его ждал Натцу.
— Рискованно, — сказал врач без предисловий.
— Знаю, — отозвался Грей. — Но голодных и напуганных волков можно приручить. Если дать им миску и показать, кто вожак. И они будут злее на тех, кто их выгнал в холод. Отправь их с Боцманом. Пусть поселит в бараке у порта. И пусть Боцман им сразу всё объяснит. На своём языке.
Он пошёл обратно в кабинет. Это была не доброта. Это был холодный расчёт. Но, может быть, где-то в глубине, это был ещё и шаг к чему-то, что не являлось бесконечной войной на уничтожение. Шаг к поглощению, к ассимиляции. К тому, чтобы превращать бывших врагов в своих. Это была другая форма силы. Возможно, более сложная и опасная, чем простая месть. Но Грей был готов учиться. Потому что война, как он уже понял, никогда не заканчивается. Она только меняет форму. И иногда её можно выиграть, не выпуская ни одной пули, а просто дав кому-то шанс выжить на твоих условиях. Вернувшись в кабинет, Грей не стал полагаться на слова перебежчиков. Он открыл темный, зашифрованный мессенджер, через который выходил на информационных брокеров чёрного рынка. Запрос был точен: «Артём, Вадим, Сергей. Бывшие члены «СК». Последнее место — бухта №7. Семьи, задолженности, участие в операциях за последний год. Цена?» Ответ пришёл почти мгновенно. Цена действительно была символической — эти люди не были достаточно важными, чтобы их данные стоили дорого. Через десять минут на его защищённый сервер поступили три аккуратных файла. Грей откинулся в кресле и начал читать, делая пометки в блокноте. Картина вырисовывалась ясная и… банальная.
Артём. 42 года. Бывший механик на судне. В «Кулак» попал пять лет назад из-за долгов после болезни жены. На операциях числился как технический специалист — ремонт транспорта, оружия. Ни одного упоминания об участии в «мокрых делах». Жена, двое детей-подростков. Кредит почти погашен. В характеристиках от прежних начальников: «исполнительный, неконфликтный, не амбициозен».