Натцу закатил глаза, но безропотно свернул на знакомую улочку, ведущую к небольшому торговому центру. Агния молча наблюдала за этим небольшим мятежом. Это было так… обыденно. Так далеко от образов криминальных разборок. Машина припарковалась у неприметного смузи-бара с яркой вывеской «Тропик». Как только они вошли, пожилой продавец за стойкой, мужчина с седыми усами и в очках, поднял голову и его лицо расплылось в спокойной, доброжелательной улыбке.
— А, наши постоянные клиенты! — сказал он таким тоном, будто встречал соседей. — Обычный набор?
— Да, Эдгар, спасибо, — кивнул Грей, и его напряжённая осанка вдруг слегка расслабилась. Он опёрся локтями о стойку, наблюдая, как продавец ловко начал резать бананы и манго.
— Как дела, молодой человек? Не перетруждаешься? — спросил Эдгар, не прерывая работы.
— Работы хватает, — уклонился от прямого ответа Грей.
— А у тебя, доктор, вид уставший. Снова ночные дежурства? — обратился продавец к Натцу.
— Что-то вроде того, — буркнул Натцу, но в его голосе не было раздражения. Он был здесь своим.
Агния стояла в стороне, чувствуя себя зрителем в странном спектакле. Эдгар заметил её и кивнул.
— Новенькая в вашей… конторе? — он подобрал слово, явно зная, чем они занимаются, но предпочитая эвфемизмы.
— Агния, аналитик, — коротко представил Грей.
— Рад познакомиться, Агния. Рекомендую малиновый с лаймом, отлично бодрит. Или классический тропический, как у начальника, — он подмигнул.
В этот момент Грей перестал быть боссом мафии. Он был просто молодым парнем у стойки своего любимого бара, обсуждающим вкусы смузи с приятным пожилым человеком. Он спросил про здоровье жены Эдгара, поинтересовался, привезли ли уже свежий манго, как в прошлый раз. Это была не маска, не «костюм». Это была ещё одна, третья грань его жизни — островок нормальности, который он себе создал и тщательно охранял. Через несколько минут они вышли обратно к машине, держа в руках большие стаканы. Грей с удовольствием отхлебнул свой «Тропический восход» и вздохнул с таким удовлетворением, будто только что заключил многомиллионную сделку.
— Теперь можно работать, — заявил он, садясь в машину, и его голос снова приобрёл деловую твёрдость, но в уголках глаз остались довольные морщинки.
Натцу завёл двигатель, бурча что-то про «сахарную зависимость», но и он потягивал свой зелёный смузи без особого сопротивления. Агния сидела сзади, ощущая сладковато-кислый вкус малины во рту. Она смотрела на затылок Грея, на то, как он иногда поднимал стакан, чтобы сделать глоток, и её охватило странное прозрение. Этот ритуал со смузи, этот знакомый продавец, эта маленькая, ничем не примечательная остановка — это и был его якорь. Так же, как Натцу с его леденцами и пластырями, как тётя Зоря с её чаем. Это были не слабости. Это были точки опоры в мире, который постоянно пытался его сломать или исковеркать. И в этом был страшный и притягательный парадокс: человек, который мог холодно отдать приказ, способный на жестокость и хитрость, цеплялся за вкус клубничного смузи и спокойную беседу с пожилым продавцом как за доказательство того, что в нём ещё живёт что-то человеческое. И, наблюдая за этим, Агния с ужасом понимала, что её чёрно-белые убеждения больше не работают. Мир Грея был соткан из таких противоречий. И игнорировать их значило не понимать его вовсе. А понять — значило сделать первый шаг в ту серую зону, из которой, возможно, уже не будет пути назад к простой, чистой ненависти. Атмосфера в машине после посещения смузи-бара была почти расслабленной. Сладкий, холодный вкус казался обманом, призванным на мгновение отгородить от реальности. Но как только внедорожник свернул на территорию порта, воздух словно сгустился. Запах рыбы, ржавого металла и мазута сменил фруктовую свежесть. Грей, допивая последние глотки смузи, уже смотрел в окна другими глазами. Взгляд стал жёстким, оценивающим. «Совёнок» исчез, растворился, как лёд в стакане. На его месте был босс «Обсидиана». Их встретил старший по причалу — крепкий мужчина по имени Виктор, с лицом, обветренным морскими бризами. Он нервно теребил папку с бумагами.
— Босс, проблемы с последней партией. Цифры не сходятся. Недосдача.
Грей молча взял папку, его глаза быстро пробегали по колонкам цифр. Агния наблюдала, как его лицо становилось всё каменнее. Он отдал пустой стакан Натцу, не глядя, и сделал несколько шагов к сложенным у причала контейнерам.
— Где Семён? — спросил Грей тихо, но так, что Виктор вздрогнул.
— В… в конторе, босс.
Грей двинулся к небольшому зданию управления, его шаги отмеряли чёткий, неумолимый ритм. Натцу с каменным лицом последовал за ним, Агния — чуть поодаль, сердце колотясь где-то в горле. В душном кабинете, пропахшем табаком и потом, за столом сидел молодой парень, Семён. Он был сыном одного из старых членов организации, получившим здесь должность по протекции. Увидев Грея, он побледнел, но попытался сохранить напускную развязность.