Я решила не обращать внимания на его последнюю фразу. Жжение в горле постепенно исчезало, так что говорить было легче.
— А что ты делал здесь?
Дэймон перестал расхаживать туда-сюда, замер и ткнул себя в грудь, туда, где билось сердце:
— Ничего. Просто был.
— А я-то думала, такие ребята обычно галантны и вежливы.
Он нахмурился:
— Какие «такие ребята»?
— Ну, как какие! Рыцари без страха и упрека, спасающие своих дам в последний момент.
Так. Надо бы откусить мне язык. Видимо, все-таки я хорошо приложилась головой об асфальт — вообще не думаю, что говорю.
— Я не твой рыцарь.
— Конечно, — прошептала я, притянула коленки к груди и опустила на них голову. — А где этот, который напал на меня?
Все тело ломило и выворачивало, но боль постепенно отступала.
— Убежал. Сейчас уже где-нибудь далеко-далеко. Кэт?..
Я подняла голову. Он, точно огромная скала, нависал надо мной, пронизывал взглядом, как молния. Отвечать ему мне не хотелось. Я попыталась подняться.
— Нет, не вставай, — он снова присел около меня. — А то еще в обморок упадешь. Сейчас уже приедет «скорая» и полиция.
— Я не упаду в обморок, — проговорила я, с облегчением услышав вой сирен вдалеке.
— Ну конечно, а то лови тебя еще. — Дэймон помолчал, несколько секунд изучая свои костяшки. — А… он что-нибудь у тебя спрашивал?
Нет, все-таки горло невыносимо болело.
— Он сказал, на мне какой-то след. И все время спрашивал, где они. Я вообще ничего не поняла — какой след, кто такие они.
Дэймон уже смотрел куда-то в сторону, шумно дыша.
— Какой-то сумасшедший.
— Только что ему было нужно?
— Как что? Глупая девчонка, которая поверит одержимому маньяку и бросится помогать чинить колесо! — мрачно ответил Дэймон.
— Какой же ты идиот, а! Хоть кто-нибудь, хоть когда-нибудь тебе говорил об этом?
— Ежедневно это слышу. Котенок! — улыбнулся он.
Совсем с толку сбил.
— Даже не знаю, что и сказать тебе.
— Ты уже сказала «спасибо», а больше мне и не нужно ничего. — Он легко вскочил на ноги. — А пока просто посиди спокойно и постарайся больше не вляпываться в неприятности. Хорошо?
Я поморщилась от боли. Этот рыцарь без страха и упрека, готовый в любую секунду к защите и нападению, снова нависал надо мной, подобно скале. И пусть маньяк только попробует вернуться — его ждет хорошая трепка!
Меня вдруг неостановимо затрясло, от страха или боли — не знаю, но зубы клацали очень громко. Дэймон стянул с себя теплую футболку и аккуратно, стараясь не задеть раны, надел ее на меня. И теперь я уже дышала его запахом и чувствовала себя под надежной защитой.
Под надежной защитой Дэймона. Ага.
Подумать только!
Я расслабилась так, что уже не могла держаться и начала заваливаться набок, оползать, точно тающий сугроб. «Еще немного, и у меня будет бланш на здоровом глазу. Видимо, так и теряют сознание. Второй обморок за последние несколько дней. И опять на глазах Дэймона!» — успела подумать я и окончательно провалилась.
ГЛАВА 10
Ненавижу больницы. Примерно так же, как кантри-музыку. От больниц пахнет смертью и дезинфекцией. Белые халаты врачей всегда напоминали мне о болезни отца… о том, как тикали часы и рак неумолимо съедал его организм, уничтожая волю к жизни.
Та, в которую попала я, ничем не отличалась от всех остальных. Только привезла меня сюда очень веселая компания: моя обезумевшая мать, полиция и молчаливый рыцарь без страха и упрека, воткнувшийся в стену палаты своим плечом и не спускающий с меня глаз.
Я очень старалась не обращать на него внимания.
Зато мать порядком раздражала меня. Мы встретились с ней уже здесь — у нее было ночное дежурство и меня привезли как раз в ее смену. Она беспрестанно проверяла, жива ли я или уже нет, то целуя, то просто дотрагиваясь до меня. Конечно, я представляла собой один большой синяк, ссадину, опухоль, но не до такой же степени!
После рентгена выяснилось, что у меня нет даже переломов — надрыв связок, вывих и множественные ушибы. И это все. Руку зафиксировали неподвижно, а вот обезболивающее обещали дать только при выписке.
Быстрей бы. Полицейские просто замучили своими расспросами, но меня обуяла такая слабость, что не хотелось ни говорить, ни двигаться. Только поскорее попасть домой.