— Все хорошо? Ничего не…
— Нет. — Дэймон провел рукой по волосам. — Ничего… мм, космически важного.
— Хорошо, — я с облегчением выдохнула, облокотившись на машину рядом с ним. В какой-то момент я испугалась не на шутку.
Он повернулся, теперь нас разделяло всего несколько сантиметров.
— Я слышал, ты собираешься пойти на танцы с Саймоном Каттерсом.
Я убрала в сторону прядь волос, которую порывом ветра бросило мне в лицо. Ветер снова вернул ее обратно.
— Вижу, новости распространяются, как пожар.
— Да-а, в этой округе это так.
Он снова потянулся ко мне, но на этот раз, чтобы подхватить локон моих волос и заправить его за ухо. Костяшки его пальцев коснулись моей щеки. Слабое прикосновение заставило меня вздрогнуть, и это никак не было связано с промозглым ветром.
— Мне казалось, он тебе не нравится.
— Он не так уж и плох, — произнесла я, наблюдая, как на стадионе младшие школьники разминались перед забегом. — Саймон вполне располагает к общению и… он попросил меня.
— Ты идешь с ним, потому что он тебя попросил?
Разве не так это обычно происходит? Я кивнула. Он ответил не сразу, и я начала теребить в руках ключи от машины.
— А ты идешь на танцы?
Дэймон придвинулся еще ближе, теперь уже его колено почти касалось моей ноги.
— Это имеет значение?
Я проглотила желание выругаться:
— Нет. Не слишком.
Он чуть отодвинулся:
— Тебе не следует идти с кем-то только потому, что этот кто-то тебя попросил.
Мой взгляд опустился ка связку ключей: я размышляла, а не запустить ли сейчас ими в кого-нибудь.
— Я не могу понять одного: каким образом это касается тебя?
— Ты — подруга моей сестры, поэтому это меня касается.
Мой рот открылся.
— Это самое нелепое объяснение из всех, какие я когда-либо слышала. — Я обошла машину и остановилась возле багажника. — Разве ты не должен больше думать о том, чем занимается Эш?
— Эш и я — не вместе.
Глупая часть моего сердца была невероятно счастлива услышать этот ответ.
Качая головой, я вернулась к водительскому месту:
— Не трать понапрасну дыхание, я не отменю свидание только потому, что у тебя с этим проблемы.
Что-то тихо пробормотав, он последовал за мной:
— Я не хочу, чтобы ты влипла в неприятности.
— В какого рода неприятности? — я дернула дверь на себя, но Дэймон удержал ее на месте.
— Зная тебя, я не хочу даже представлять, какого рода эти неприятности могут быть.
— Нет, серьезно, наверное, Саймон может оставить на мне след, который может привлечь ко мне убийц коров вместо убийц инопланетян. Отпусти дверь.
— Ты невозможна, — отрезал он, в его глазах сквозило раздражение. — У него та еще репутация, Кэт. Я хочу, чтобы ты была осмотрительна.
Секунду я просто на него смотрела. Могло ли быть, чтобы Дэймон действительно искренне переживал за мое благополучие? Как только эта мысль возникла у меня в голове, я сразу же от нее избавилась.
— Ничего не случится, Дэймон. Я в состоянии о себе позаботиться.
— Прекрасно, — он отпустил дверь так резко, что я не смогла удержать ее на месте. — Кэт…
Слишком поздно. Дверь плотно защемила мои пальцы, и я задохнулась, почувствовав резкую боль, охватившую всю мою руку.
— Ох! — я трясла рукой, пытаясь ослабить невыносимое жжение.
Указательный палец кровоточил. Остальные однозначно повреждены, к утру они посинеют и будут выглядеть, как сосиски. Слезы уже катились по моим щекам.
— Боже! Как больно…
Без предупреждения его рука обхватила мою кисть, и поток тепла распространился по поверхности моей кожи, покалывая и разливаясь до самых кончиков ноющих пальцев.
За какие-то секунды боль утихла.
Я обомлела.
— Дэймон?
Наши глаза встретились. Он резко выпустил мою руку, словно я обожгла его.
— Черт…
— Ты… на мне снова остался след? — Я вытерла кровь с пальцев. Кожа была розовой, но уже абсолютно затянувшейся. — Египетская сила.
Он сглотнул:
— След очень слабый. Не думаю, что он создаст какие-то проблемы. Я с трудом его различаю, но тебе, возможно, следует…
— Нет! След слабый. Никто его не увидит. Я в порядке. Тебе не нужно за мной смотреть. — Я шумно втянула воздух. Мой желудок болезненно сжался. — Я могу сама о себе позаботиться.
Дэймон смотрел на меня несколько секунд.
— Ты права. Очевидно, ты можешь. До тех пор пока держишься подальше от дверей. Ты продержалась гораздо дольше, чем все остальные, кто был о нас осведомлен.