Не было никаких сомнений, что Деймон любил и дорожил своей сестрой. Он, не задумываясь, отдал бы за нее жизнь. То, как он о ней заботился, вызывало восхищение. И уважение. В такие моменты мне хотелось, чтобы я не являлась единственным ребенком в семье.
— Как обычно. — Ди улыбнулась и, махнув мне рукой, метнулась на улицу.
— Вау. Напомни мне, никогда не есть ее мороженое.
— Если ты это сделаешь, даже я буду не в состоянии тебя спасти, — на его губах блуждала усмешка. — Итак, Котенок, если я буду приглядывать за тобой весь вечер, что мне за это будет?
Мои глаза тут же сузились.
— Во-первых, я тебя не просила за мной приглядывать. Это ты заставил меня прийти сюда. И не называй меня Котенком.
Деймон рассмеялся. От звука его смеха по всему моему телу пробежала дрожь, точно так же, как в тот момент, когда я проснулась, лежа у него на коленях.
— Вижу, мы сегодня в особо сварливом настроении?
— Ты еще ничего не видел.
Все еще с усмешкой на губах, он направился в кухню.
— Охотно верю. Ни одного тусклого момента рядом с тобой. — Он задержался. — Ты идешь или как?
Я сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.
Он толкнул кухонную дверь.
— Я голоден.
— Разве ты только что не съел все мороженое?
— Да-а, но, все равно, еще голоден.
— Бог мой, пришельцы умеют есть. — Я остановилась.
Деймон оглянулся:
— У меня складывается впечатление, что мне необходимо все время следить за твоим местонахождением. Ты идешь туда, куда иду я. — Он подождал, пока я начну двигаться, и когда этого не случилось, его улыбка превратилась в ту, что не сулила ничего хорошего. — Или я могу передвигать тебя силой. — Я была более чем уверена, что мне не хотелось знать, как именно он планировал это делать.
— Хорошо. Пойдем. — Я прошествовала мимо него и забралась на табурет возле стола. Деймон взял тарелку с поджаренным цыпленком.
— Хочешь?
Я покачала головой. В отличие от них я не поглощала за день тонну пищи.
Он молча передвигался по кухне. После того дня на камнях мы ни разу не вгрызались друг другу в горло. Не то, чтобы мы начали ладить, но, складывалось впечатления, что между нами возник не провозглашенный мир. Я не имела ни малейшего понятия, как держать себя, раз уж теперь мы не предпринимали не единой попытки досадить друг другу.
Оперевшись щекой на руку, я не могла оторвать от него глаз. Комплекция Деймона не была маленькой, но при этом он умудрялся двигаться не хуже танцора. Каждый его шаг — непринужденный и мягкий, даже самое простое движение — что-то вроде искусства.
А тут еще его лицо.
В этот момент он взглянул на меня.
— Итак, как ты... справляешься?
Я отвела взгляд, сосредоточившись на тарелке с едой, которая, к слову сказать, была уже наполовину пустой.
Как долго я глазела на него? Это становилось до нелепости смешным. Неужели, след превратил меня в ходячие гормоны?
— Я справляюсь замечательно.
Откусив цыпленка, он медленно пережевывал.
— Это точно. Ты смогла воспринять все. Я удивлен.
— А что я должна была, по твоему мнению, делать?
Деймон пожал плечами:
— С людьми варианты бесконечны.
Я закусила губу.
— Ты считаешь, что мы — люди — каким-то образом слабее вас?
— Я не считаю вас слабее. Я это знаю. — Он посмотрел на меня поверх своего стакана с молоком. — Я не пытаюсь никого оскорбить. Вы просто слабее, чем мы.
— Возможно, физически, но уж точно не... морально, — возразила я.
— Морально? — он казался растерянным.
— Да-а. Например, я не собираюсь продавать всему миру информацию о вас, ребята. И если бы меня схватил Аэрум, я не стала бы вести его к вам.
— Не стала бы?
Задетая за живое, я отпрянула назад и скрестила на груди руки.
— Нет. Не стала бы.
— Даже если бы от этого зависела твоя жизнь? — В его голосе слышалось явное сомнение.
Покачав головой, я рассмеялась:
— Только потому, что я — человек, не стоит считать меня трусливой или жалкой. Я бы никогда не сделала ничего такого, что подвергло бы Ди опасности. С какой стати, моя жизнь должна быть более ценной, по сравнению с ее? Вот твоя жизнь... спорный вопрос. Но не ее.
Он смотрел на меня несколько секунд, потом снова вернулся к еде. Если я ожидала извинений, то определенно их не получила.
Не удивительно.
— И сколько понадобится времени, чтобы след исчез? — Я опять перевела взгляд на него, крайне раздраженная. Его пронизывающие глаза, казалось, обжигали меня.
Он осушил стакан. Я сглотнула, мне казалось, что мое горло совсем пересохло.
— Возможно, неделя или две, возможно, меньше, — произнес Деймон. — Он уже начинает бледнеть.
Мне было как-то не по себе, что он говорил о свете вокруг меня, которого я не видела.
— И как я выгляжу? Как электрическая лампочка или что-то вроде того?
Он усмехнулся, качая головой.
— Твое тело окружает мягкое свечение, словно ореол.
— О... тогда это не так уж и плохо. Ты закончил? — Когда он кивнул, я взяла его тарелку. По привычке. Не для того, чтобы запустить ею в него, а просто чтобы чем-то себя занять. — По крайней мере, я не выгляжу, как Рождественская елка.
— Ты выглядишь, как звезда на верхушке этой елки. — Его дыхание всколыхнуло волосы вдоль моей щеки.
Задохнувшись, я оглянулась. Деймон стоял прямо позади меня. Наши тела разделяло всего два шага.
Положив руки на край стола, я втянула в легкие воздух.
— Ненавижу, когда ты так двигаешься.
Улыбаясь, он склонил голову набок.
— Котенок… скажи, во что мы себя втягиваем?
Перед моими глазами промелькнуло тысячи образов. Спасибо, Господи, чтение мыслей не входило в состав его внеземных способностей. Воздух вокруг меня начал казаться странно тяжелым.
— Почему бы тебе не сдать меня Министерству Обороны? — выпалила я.
Деймон сделал шаг назад, явно застигнутый врасплох.
— Что?
Хотела бы я вернуть свои слова обратно, но это было невозможно.
— Разве твоя жизнь не стала бы гораздо проще, если бы ты сдал меня МО? Тебе не нужно было бы больше беспокоиться ни о Ди, ни о чем-либо другом.
Деймон стоял, не проронив ни слова. Его глаза стали заметно светлее. Мне хотелось сделать шаг назад, но отступать было некуда.
Когда он ответил, его голос был глухим:
— Я не знаю, Котенок.
— Ты не знаешь? Ты рискуешь всем и не знаешь зачем?
— Именно это я и сказал.
Потрясенная, я смотрела на него во все глаза — он поставил на карту так много и, казалось, не имел не малейшего представления, ради чего.
С моей точки зрения, это было безумием.
Абсурдом.
Признаться, его слова вывели меня из равновесия, потому что они могли означать очень многое. Например, то, в чем я не осмеливалась признаваться даже самой себе.
Его руки вытянулись и уперлись о стойку. Его тело создало ловушку, превосходно удерживая меня на месте, при этом совсем меня не касаясь. Он наклонил голову, и темные пряди упали на его глаза.
— Ладно. Я знаю, почему. — Сначала я не имела ни малейшего представления, о чем он говорил.
— Ты знаешь?
Деймон кивнул:
— Ты бы не выжила без нас ни единого дня.
— Ты не знаешь этого.
— О, я знаю. — Он наклонил голову набок. — Ты знаешь, со сколькими Аэрумами я сталкивался? С сотнями. Бывали случаи, когда я еле-еле уносил ноги. Один человек не в состоянии противостоять ни им, ни МО.
— Прекрасно. Что бы ни было. Ты можешь сдвинуться?
Продолжая надо мной нависать, Деймон улыбнулся. Боже, он был невыносимым. Мне оставалось либо стоять здесь и смотреть на него, как идиотке, либо попытаться пройти мимо. Я выбрала последнее. Мой план сводился к тому, чтобы силой проложить свой путь и обойти его стороной так быстро, как это вообще возможно.
Не то чтобы мне удалось слишком далеко продвинуться. Он был не хуже каменной стены, через которую мог пройти только товарный поезд.
Ухмылка Деймона стала шире, его явно забавляла тщетность моих попыток.