Когда я прошла в спальню, Деймон сидел на краю кровати, выглядя юным и усталым. Он уже переоделся в трикотажные штаны и футболку.
— Все хорошо? — спросила я.
Он кивнул.
— Всякий раз, когда мы используем энергию, это все равно, что... потерять часть себя. Но, как только солнце поднимется, я буду в норме. — Деймон сделал паузу, встретившись со мной глазами. — Извини, что тебе пришлось через это пройти.
Я остановилась напротив него. «Извини» — не то слово, которое входило в его словарный запас. Точно так же, как его следующие слова, заставшие меня врасплох.
— Я не поблагодарил тебя, — произнес он, подняв на меня глаза. — Тебе следовало бежать, Кэт. Они бы... убили тебя, даже не задумавшись. Но ты спасла мою жизнь. Спасибо тебе.
У меня перехватило дыхание. Я смотрела на него во все глаза.
— Я не прошу твоей благодарности. Тебе нет необходимости...
— Я знаю. — Он поднялся, и его брови взлетели вверх. — Мне нужно еще раз осмотреть дом, потом я снова вернусь к тебе.
Забравшись в кровать, я натянула одеяло до подбородка и уставилась в потолок. Потом, закрыв глаза, я начала мысленно считать до тех пор, пока не услышала шаги Деймона. Когда я открыла глаза, он стоял в дверном проеме, глядя на меня.
Сдвинувшись на самый край кровати, я оставила ему достаточно большое пространство.
Наблюдая за тем, как он наблюдал за мной, меня посетила странная мысль: был ли он когда-нибудь раньше в постели с обычной человеческой девушкой? Казалось, это была одна из самых глупых мыслей, которая могла посетить мою голову в тот момент. Отношения с людьми не запрещены. Они просто не имели большого смысла. И после всего, что случилось, с какой стати я вообще могла об этом думать?
Деймон запер дверь, осмотрел все окна, после чего без единого слова лег в кровать, скрестив руки на груди почти так же, как это сделала я.
Мы лежали молча, глядя в потолок. И мое сердце бешено колотилось. Колотилось, вероятнее всего, из-за того, что с нами случилось, или потому что Деймон находился рядом — такой близкий и живой...
Сейчас я все ощущала обостренно — его тихое, спокойное дыхание; тепло, исходившее от его тела; свое непреодолимое желание, завернуться в его тепло.
Сжав пальцами край одеяла, я ощущала, как в воздухе повисло напряженное молчание. Вопреки возражениям рассудка, я украдкой взглянула на него. Деймон посмотрел в ответ, и на его губах появилась кривая усмешка.
У меня вырвался нервный смех:
— Все это... как-то неловко.
Его улыбка стала шире, затронув глаза:
— Более чем, верно?
— Да. — Я пыталась вдохнуть, тихо смеясь. Казалось, было так неправильно смеяться в этот момент, но я не могла сдержаться. Начав смеяться, я уже не могла остановиться. За одну ночь я столкнулась с потенциальным насильником и с тройкой пришельцев, пытавшихся высосать из Деймона жизнь.
Безумная смесь.
Его смех присоединился к моему, и мы хохотали до тех пор, пока по моим щекам не покатились слезы.
Его смех утих, когда он потянулся ко мне, вытирая пальцами мои слезы. Застыв, я посмотрела на него. Его рука покинула мое лицо, но его взгляд оставался прикованным ко мне.
— Что ты там сделала? Это было своего рода... потрясающе, — тихо произнес он. Мое тело дрогнуло от волнующего возбуждения.
— Кто бы говорил. Ты уверен, что не пострадал?
Кривая усмешка снова вернулась на его губы:
— Нет. Я в порядке, спасибо тебе. — Он переместился и прежде чем снова лечь, выключив прикроватную лампу. Я пыталась найти, что сказать в окружившей нас темноте.
— Я снова… сияю?
— Как Рождественская елка.
— То есть… теперь уже не просто как звезда на макушке?
Кровать немного прогнулась, и я почувствовала его ладонь, поглаживавшую мое предплечье.
— Нет. Ты сейчас очень яркая. Смотреть на тебя, все равно, что смотреть на солнце.
Теперь мне стало не по себе. Подняв руку, я с трудом рассмотрела ее очертания в кромешной темноте.
— Тебе, вероятно, будет проблематично заснуть в таких условиях.
— На самом деле, мне так даже спокойнее. Твое сияние напоминает мне о своем собственном народе.
Я повернула голову. Он лежал на боку, глядя на меня. Мое сердце встрепенулось.
— А что насчет всей этой истории с обсидианом? Ты никогда раньше не говорил об этом.
— Не думал, что в этом будет необходимость. По крайней мере, я на это надеялся.
— Этот камень может навредить тебе?
— Нет. И прежде чем ты спросишь, у нас нет привычки, рассказывать людям о том, что может нас убить, — ответил он ровным тоном. — Даже МО не располагает информацией о том, что для нас является смертельным. Что касается обсидиана... этот камень лишает Аэрумов силы. Залежи бета-кварца в горах скрывает следы выбросов нашей энергии, но обсидиан... достаточно просто его воткнуть и... ты сама видела. Все это свечение, то… как обсидиан расщепляет свет.
— Любые кристаллы годятся для обезвреживания Аэрумов?
— Нет, только эта разновидность. Думаю, это как-то связано с нагреванием и охлаждением. Об этом как-то говорил Мэтью, но, честно, я не слишком сильно вникал. Я знаю, что это может убить их. Мы носим обсидиан с собой, куда бы ни направлялись. Ди хранит его в своей сумочке.
Меня затрясло.
— Не могу поверить, что я кого-то убила.
— Ты убила не кого-то. Ты убила пришельца — неконтролируемое существо мрака, которое уничтожило бы тебя, даже не задумавшись. Оно убило бы меня, — выдохнул Деймон, покачав головой. — Ты спасла мне жизнь, Котенок.
Все же, даже зная, что Аэрумы были порождением чего-то страшного, мне не становилось легче.
— Ты словно Снежная Птица, — наконец произнес Деймон. Его глаза закрылись, а лицо стало расслабленным. Возможно, я впервые видела его таким... открытым.
— С чего это вдруг?
Его губы тронула легкая улыбка.
— Ты могла оставить меня там и бежать, как я тебе говорил. Но, вместо этого, ты вернулась и помогла мне. Ты не должна была.
— Я... я не могла оставить тебя там. — Мой взгляд избегал его. — Это было бы неправильно. И я бы никогда не смогла себе этого простить.
— Я знаю. Поспи немного, Котенок.
Я была уставшей, обессиленной, но меня не оставляло странное ощущение, что за дверью нас поджидало что-то жуткое.
— Что если последний вернется? — помедлив, спросила я, стараясь подавить в себе новый страх. — Ди с мистером Гаррисоном. Он знает, что я была с тобой, когда на нас напали. Что, если он меня сдаст? Что, если МО...
— Шш-ш, — прошептал Деймон, его рука нашла мою. Его пальцы прошлись поверх моих. Такое простое прикосновение, но я почувствовала, как по моему телу пробежала дрожь до самых кончиков ног. — Он не вернется. Не сейчас. И я не позволю Мэтью тебя сдать.
— Но...
— Кэт, я не позволю ему. Хорошо? Я обещаю тебе. Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось.
Мною снова овладела дрожь.
Я очень, очень старалась подавить эти странные ощущения.
Если отодвинуть в сторону инопланетные проблемы, Деймон и я... скажем так, мы были, как магниты, которые притягивали друг друга. Чувствовать к нему что-то, кроме досады, было крайне проблематично, но тогда как объяснить это странное неконтролируемое томление?
Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось.
Мою грудь сдавило. Его прикосновения заставляли меня гореть. Его слова заставляли испытывать желание, которое было невыносимым и неожиданным.
Рядом с ним я чувствовала себя спокойно.
Мое тело расслабилось. Секунды, а, возможно, и минуты спустя, я уже погружалась в волны тягучего сна рядом с парнем, которого с трудом выносила.
Перед тем как сон полностью меня поглотил, я пыталась предугадать, рядом с каким Деймоном проснусь завтра — с тем, который был сейчас, или тем, который будет снова вести себя, как заносчивый придурок?..
25
Когда я проснулась следующим утром, солнце уже поднималось над горами, окружавшими долину.
Теперь я не лежала на своем краю кровати.