Я глотала воздух, осознавая, что слышала мысли Деймона. Он говорил… не так, как раньше — находясь в своей естественной форме — а по-другому. Как будто его мысли и чувства танцевали вокруг моего сознания. Меня сковал страх, и что-то еще… мягкое и намного более сильное, чем просто страх.
«Пожалуйста. Пожалуйста. Я не могу тебя потерять. Пожалуйста, открой глаза. Пожалуйста, не оставляй меня».
«Я здесь. Я открыла глаза. Я здесь!»
Деймон отпрянул. Свет медленно потускнел, ускользая поверх моей кожи назад к нему.
— Кэт, — прошептал Деймон, посылая по всему моему телу дрожь. Он сел, подняв меня вместе с собой, прижимая к своей груди. Я чувствовала, как грохотало его сердце в идеальной синхронности с моим. Все вокруг нас казалось… четче.
— Деймон, что ты сделал?
— Тебе нужно отдохнуть. — Он помедлил, его голос звучал хрипло и настороженно. — Ты еще не восстановилась. Нужно еще несколько минут. Думаю. Я никогда раньше не исцелял никого с такими масштабными повреждениями.
— Исцелял у библиотеки, — пробормотала я. — И у машины…
Его голова склонилась надо мной.
— На этот раз все гораздо серьезнее, чем просто синяки и растяжения.
Сломанная рука даже не засаднила, когда я подняла ее. Я повернула к нему голову и, касаясь щекой его щеки, рассматривала широко распахнутыми глазами согнутые деревья, окружавшие нас идеальным кольцом.
Мой взгляд упал на землю и остановился на том месте, где когда-то стоял Барак. Единственное, что от него осталось, это горстка обожженной земли.
— Как я это сделала? — прошептала я. — Я не понимаю.
Он зарылся лицом в изгиб моей шеи, глубоко вдыхая.
— Наверное, я что-то сделал с тобой, когда исцелял тебя. Я не знаю, что. Это не имеет никакого смысла, что-то произошло… наши энергии объединились. Так не должно было случиться, ты всего лишь человек…
Я уже начинала в этом сомневаться.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил он.
— Хорошо. Немного сонная. Ты?
— То же самое.
Я наблюдала в тишине, как его глаза с интересом следовали за траекторией его большого пальца, повторявшего линию моего подбородка и нижней губы.
— Я думаю, пока нам следует сохранить между нами… исцеление и то, что ты сделала. Хорошо?
Я кивнула, тут же застыв, потому что его ладонь продолжала гладить мое лицо, словно он пытался прогнать прочь следы происшедшего. Копна черных волос упала на его лоб, и улыбка, осветившая его лицо, достигала самых глаз, углубляя их цвет до насыщенного зеленого. Его пальцы прижались к моей щеке, голова опустилась, и его губы коснулись моих.
В этом поцелуе чувствовалась бесконечная нежность, достигнувшая самой глубины моего сердца, заставив его колотиться с безумной скоростью. Этот поцелуй был невинным и интимным, обжигавшим мою душу. Закинув мою голову чуть сильнее, Деймон изучал мои губы, словно это был наш первый поцелуй.
Возможно, так оно и было. Возможно, это и был наш первый настоящий поцелуй.
Когда Деймон, наконец, отстранился, у него вырвался отрывистый смех:
— Я опасался, что мы тебя сломали.
— Не совсем. — Мой взгляд следовал поверх каждой черточки его лица. — Ты… не сломал себя?
Он хмыкнул.
— Почти.
Я сделала вдох, чувствуя некоторое головокружение.
— И что теперь?
Его губы тронула медленная усталая улыбка:
— Теперь мы возвращаемся домой.
30
Отсутствие возможности разместить еженедельный пост «Доживем до среды», в котором я просматривала наиболее ожидаемые книжные новинки, в буквальном смысле отдавалось болью в моей груди. До дня рождения оставалось несколько недель. И даже несмотря на то, что Ди без проблем одолжила бы мне свой ноутбук, я не слишком горела желанием работать со своим блогом за ее компьютером.
Хмурясь, я взяла баночку содовой из холодильника Ди и вернулась в гостиную. Пришельцы, определенно, могли съесть тонну еды.
— Хочешь еще пиццы? — спросила Ди, глядя на оставшийся кусок с такой тоской и желанием, что я подумала, им с Адамом следовало существенно пересмотреть характер своих отношений.
Я покачала головой. Ди съедала за день такое количество пищи, которое хватило бы, чтобы накормить небольшую голодную деревню, и, честно говоря, я была не голодна. Есть под пристальными взглядами Ди и Адама все равно было некомфортно. Ди, видимо полагала, что я ничего не замечала, в то время, как Адам сделал непродолжительную паузу, прежде чем задать очередной вопрос относительно того, что случилось с Бараком.
Всем было известно, что Деймон убил Барака, и что мои повреждения, в конечном итоге, оказались не настолько фатальными, как это изначально показалось Ди. Каким-то образом Деймон сумел ее убедить, что я находилась всего лишь в состоянии шока.
Я украдкой глянула в их сторону. Да… знали бы они, что это я — та, кто убила. Это была я. Снова.
На удивление, мысль об убийстве не привела меня в состояние ужаса и тошноты, как это случалось в самом начале. За пару прошедших дней, я пришла к полнейшему осознанию того, что совершила. Я достигла того самого уровня измученного сознания, при котором становилось гораздо легче себя простить, несмотря на то, что забыть уже никогда не удастся.
Все было достаточно жестоко и просто: либо он, либо я и мои друзья. Инопланетный ублюдок должен был уйти.
Ди и Адам продолжали на меня глазеть. Мило.
Ди села рядом со мной, потягивая содовую. Убежденная или нет, она знала, что что-то случилось, когда я с Деймоном вернулись домой тем утром.
И что-то, действительно, случилось.
Она подтолкнула меня коленкой, привлекая мое внимание.
— Ты себя хорошо чувствуешь?
Если бы я получала доллар всякий раз, когда она задавала мне этот вопрос, у меня на руках был бы уже новый лэптоп. Не то, чтобы я не осознавала, насколько сильно мне повезло выжить, и, по всей видимости, я все еще должна была находиться в посттравматическом шоке, но… мое самочувствие, как ни странно, было нормальным. Если оставаться до конца честной то, с физической точки зрения я давно уже не чувствовала себя настолько хорошо.
Мне казалось, что в состоянии прямо сейчас выйти на улицу и пробежать марафон или вскарабкаться на гору. Мне не хотелось слишком сильно задумываться над этим странным явлением. Достаточно было тех мыслей, которые уже наводняли мою голову, приводя в состояние полнейшего ступора.
Кто-то откашлялся, заставив меня очнуться от размышлений. Я подняла взгляд, обнаружив, что Ди и Адам в ожидании смотрели на меня, но не могла вспомнить, что именно они от меня хотели.
— Что?
Улыбка Ди казалась слишком лучезарной.
— Ну… мы тут все думаем, как ты справляешься? Переживаешь о том, что могут появиться другие Аэрумы?
— О… думаешь, могут быть еще и другие? — немедленно отреагировала я.
— Нет, - убежденно ответил Адам. С той роковой ночи столкновения с Бараком Адам по-настоящему начал со мной разговаривать. Приятная перемена. Эш и Эндрю были совсем другой историей. — Мы так не думаем.
Я заерзала, чувствуя дискомфорт, моя кожа покалывала. Я не знала, как долго могла продержаться под их неусыпными взглядами, словно я была экспериментом, который прошел как-то неправильно.
— Мне казалось, ты сказала, что Деймон скоро вернется?
Адам устроился в кресле, откинув голову на спинку. Глаза Ди переместились от Адама ко мне.
— Так и есть. Деймон будет здесь с минуты на минуту.
Я не видела Деймона с того самого утра и неоднократно спрашивала Ди, куда он делся, но, ни разу не получив от нее вразумительного ответа, в конечном итоге, перестала ей докучать.
Адам с Ди начали обсуждать планы на День Благодарения, наступавший через несколько недель, и я ушла в свои мысли, как это очень часто случалось со мной за последние три дня. Странное состояние. Мне было трудно сконцентрироваться. Я чувствовала себя отрешенно, словно потеряла какую-то часть себя.