Слуги веры сломанными куклами упали на землю без признаков жизни.
Жрец уже не причитал и не сыпал проклятиями, он визжал от страха, глядя на Кейаса. Его стоило убить за все отобранные и искалеченные жизни, за грубое вмешательство в законы мироздании. Кей подошел к нему. Жрец упал на колени и принялся истово молиться, призывая Первого бога.
Снести ему голову с плеч так просто, как и развеять обсидиановые нити, но Кей опустил оружие и коротко приказал:
— Свяжите его!
Мужчины беспрекословно выполнили приказ, глядя на нового лидера с восхищением и благоговением. Кейасу было все равно. Он подбежал к отцу, опустился рядом с раненым на колени. Тот уже не дышал, изо рта вытекала струйка крови. Слуга веры нанес ему рану в живот, распоров брюхо. Кей знал, что с такими ранами не выживают. Сарем, ближайший друг и соратник отца, видимо, принял его последний вздох, держал голову на коленях и с потерянным взглядом смотрел на погибшего командира их небольшого гарнизона.
Кейас даже подумать не мог, что будет так больно. Глаза защипало, по щеке скатилась слеза. Одна единственная, но она будто оставила огненный след на коже. Душа заныла. Терять близких всегда больно, даже если ты бог и прожил миллионы лет. Кей оплакивал отца, Фериор оплакивал вместе с ним. Навсегда душа бога запомнит этот день и потерю. Он с ней будет жить в вечности и будет скорбеть. Новая личность — новая боль на века.
— Что здесь произошло? — сквозь зубы спросил у Сарема, пытаясь отрешиться и не смотреть на погибшего отца.
— Император призвал своих слуг, оставил только этих. Жрец объявил, что все мы пройдем через откровение. А наших детей… мальчиков, заберут в послушники при храме, чтобы спасти их души. Они хотели превратить наших детей в этих тварей, — он махнул рукой на тела слуг веры и в сердцах выругался. — Твой отец повел нас в бой, а леди Лайла сейчас вместе с остальными строит баррикады, чтобы защитить убежище.
— Хорошо, — коротко ответил Кей. — Убежище они не получат.
На кончиках пальцев запульсировала тьма. Сарем уставился на его руку с удивлением, которое медленно сменялось благоговением.
— Парень, что случилось с тобой? — тихо спросил Сарем. — Это, конечно, был потрясающий бой, но мы чуть не обделались. Что эти твари с тобой сделали?
Кей усмехнулся.
— Ничего особенного, просто помогли вспомнить кое-что, — он замялся, — из прошлой жизни.
— Это же магия? — благоговейно зашептал друг отца. — Как у властителей с той стороны стены?
Кей только плечами пожал.
— Хорошо хоть одержимым не обзываете, — усмехнулся он.
— Да как можно-то. Мы все жили в городе при замке. И магия никогда никому не вредила. Сами боги тебя послали к нам и одарили.
Кей не смог сдержать улыбки от такой непосредственности. Конечно, боги. Вернее один бог, которого вы все боитесь до Бездны и произносите его имя как ругательство. Кейас поднялся и спокойно приказал:
— Отнесите раненых в господский дом и окажите помощь. Подготовьте убитых к погребению. Остальные за мной к воротам!
Воины беспрекословно подчинялись мальчишке, которого совсем недавно гоняли на ристалище и поддевали. Он будто повзрослел за один миг на тысячи лет. Ему не хотелось противоречить, только подчиняться и служить. От Кея фонило невероятной мощью, силой и уверенностью.
Хотя некоторые суеверно чертили в воздухе руны, защищаясь от злых сил.
***
Лайла двигалась с трудом после недавних «нежностей» Иригона. Муж заявил ей о своем желании выдать Эйбис замуж в день казни лекарки, и императрица не смогла смолчать. За что и получила несколько тумаков и болезненные удары плетью.
На обычно чистом лице красовался синяк. Щека припухла и покраснела, глаз немного заплыл. Обычно Иригон прятал супругу после избиений. Вот и в этот раз отправил в убежище и приказал не выходить из комнаты.