— Ничего я тебя не избегаю, — фыркнула Би и отвернулась.
— Неправда, — усмехнулся мужчина. — Еще как избегаешь. Я видел. Понимаю, что тебе теперь неудобно, но это же я, Кей. Ты что меня стесняешься?
— Еще чего, — буркнула Эйбис.
— Ну, так что тогда?
Эйбис только пожала плечами. Прекрасно понимала, что не стоит столько внимания уделять тому поцелую. Сама виновата. Но сегодня-то так паршиво и холодно. Она поежилась, сильнее кутаясь в теплый плащ. Кейас вздохнул и обнял ее за плечи, и, не обращая внимания на легкое сопротивление, привлек к себе.
— Кей…— тихо позвала она.
— Что?— отозвался он.
— Расскажи сказку.
Он улыбнулся такой казалось бы детской просьбе. Но это их личная тайна. Тайна его снов и полуночных звезд, едва различимых на небе из-за яркого света полной луны.
— Давным-давно, — начал он. — Когда не было еще Симфонии, где-то там, в звездной пустоте, — Кей махнул рукой вверх, — взрываясь, рождались новые миры.
Эйбис счастливо улыбнулась, услышав знакомое начало. Если бы Кейас не был таким хорошим воином, из него бы вышел отличный сказитель. Какие он умел сочинять истории, заслушаться можно было. Его голос музыкой разливался в тишине ночи, погружая в мир фантазий, и тоска отступала.
— Этот мир освещало огромное красное солнце, которое никогда не скрывалось за горизонтом с одной стороны, раскаляя землю и заставляя течь огненные реки. Там бушевал вечный ураган и не прекращался горячий дождь. На другой же стороне мира царила вечная ночь и холод. И только в сумеречной зоне появилась жизнь. Она была не такой, как мы привыкли.
Эйбис навострила уши, пытаясь представить новый странный мир из рассказа Кейаса.
— Реки и озера сумеречной зоны дали жизнь странным гигантским обитателям. Я бы назвал их живыми растениями, которые отрастили себе черные крылья размером с город. Ты была бы совсем крохой рядом с такими. Боюсь, они бы тебя даже не заметили.
Кейас легко щелкнул притихшую принцессу по носу.
— Жили в этом мире странные люди, сами они себя звали флеймами. Их кожа была угольно-черного цвета, а кровь такой яркой, что казалось, что в их венах течет жидкий огонь, но в остальном они походили на нас. Строили города под крыльями огромных деревьев, разводили фиолетовых коров.
Эйбис не смогла сдержать смешок.
— Коров?!
— Пусть будет коров, — улыбнулся Кейас, пожав плечам. — Они, конечно, мало похожи на наших. Представь себе большую такую личинку на ножках.
Принцесса скривилась.
— Вот, — рассмеялся Кей. — Так что пусть будут коровы. Жители этого мира создавали города, влюблялись, женились. Были у них свои короли и королевы. Но так же был у жителей сумеречной зоны сильный враг. Страшные жестокие существа приходили с темной холодной стороны. Разоряли селения, убивали людей, уводили в плен женщин и детей, пили кровь их огненную, которая помогала им самим не застыть в ледяной пустыне. Война с ледяными чудищами началась так давно, что никто и не помнил ее начала. Сменялись поколения людей, но одно оставалось неизменным: бесконечная борьба с завоевателями. Все жители сумеречной зоны с детства воспитывались как воины. Война стала смыслом их жизни, и поклонялись флеймы ей, как божеству.
Эйбис расслабилась в объятиях друга. Кей неосознанно поглаживал принцессу по плечу, хотя не сводил взгляда с ярких в ночном небе звезд. Будто и правда там, возле одной из них, вращается мир великих воинов флеймов, у которых вместо крови жидкий огонь.
— Ледяные чудища уже давно брали верх в бесконечной войне, и огненному народу угрожало полное уничтожение. Но однажды в королевской семье небольшого государства в приграничной зоне родилась принцесса, — продолжил Кейас, а Эйбис улыбнулась. — Назвали малышку Верна. Что на языке флеймов означало надежда. Ее появление предрек один выживший из ума старик. После очередного опустошительного и кровавого боя с ледяными он немного тронулся умом. А ведь и стариком-то не был. Мужчина средних лет, который мгновенно постарел, когда на его глазах враги разорвали всю семью.
— Жуть какая, — пробурчала Эйбис. — Почему твои сказки всегда такие страшные?