Немного успокоившись, Эйбис позволила облачить себя в легкое изумрудно-зеленое платье до середины лодыжки с открытыми плечами и пышной струящейся юбкой. Шелковая ткань приятно холодила кожу и спасала от летнего зноя. На ноги няня надела принцессе открытые босоножки на прямой подошве, которые охватывали ступню тонкими бордовыми полосками.
Эйбис не очень любила такие наряды, но во время визитов императора у нее особого выбора и не было. Императрица допускала в одежде своей воспитанницы штаны и сапоги, если они подчеркивались шелковыми блузами с корсетами или туниками, но при Иригоне Эйбис обязана была появляться в платье.
Густые золотые волосы своей подопечной Ранори заплела в пышную косу. Скромный гарнитур из гранатовых сережек и такого же медальона на тонкой серебряной цепочке закончили образ.
Наконец Эйбис вышла к стоящему возле двери на страже Кейасу. Парень был одет по протоколу. Правда, на этот раз ему разрешили не надевать на себя броню. В кольчуге, сверху на которую накинула вишневая туника, перепоясанный широким поясом с мечом, в высоких сапогах, он выглядел лет на пять старше своего возраста.
— Готова?! — улыбнулся он.
Девушка кивнула и пошла вперед, как и полагалось. Кей, звеня оружием при ходьбе, отправился следом.
Немного волнуясь, Эйбис переступила порог трапезной. Сегодня столы расставили здесь так, чтобы во главе сидели император Иригон с супругой, место рядом с Лайлой занимала обычно Эйбис, а справа от Иригона сидел Дир. Но сегодня рядом с императором сидел жрец слева, а место рядом с императором справа занимала Лайла.
Эйбис стало не по себе от холодного изучающего взгляда жреца. Она всегда побаивалась этих слуг веры, которые на своих проповедях пугали вечными муками в Бездне и проклинали любое проявление чуда. В убежище принимали религию, но не особо поклонялись ей. Иногда даже поминали других богов. Хотя в деревушке и была деревянная часовня, но, в отличие от других селений Симфонии, она обычно пустовала.
Эйбис выросла с убеждением, что такое положение дел обыденно, пока Лайла не взяла ее с визитом в Пустошь. Вместе с императорской семьей принцесса побывала на службе в храме. Фанатичные стоны и крики по время проповеди и заполненный битком храм произвели на девушку неизгладимое впечатление. Ее трясло от ужаса и отвращения, но она не осмелилась никому об этом сказать. А император воспринял ее состояние как молитвенный экстаз. В его глазах Эйбис была очень благочестивой.
Рядом с императрицей Лайлой девушка увидела Дира и улыбнулась. Сердце быстро забилось. Дир был красив. Высокий и стройный, длинные волосы он завязывал лентой в хвост на затылке, высокий лоб, прямой нос, квадратный подбородок. Немного портил его только слишком большой рот, но зато привлекали внимание большие карие глаза, прикрытые веером длинных ресниц. Дир — ее первая любовь, и Эйбис была счастлива, что именно ему предстоит стать ее мужем. Слышала она истории, как некоторых девушек отдавали замуж чуть ли не за стариков по приказанию императора.
Эйбис подошла к столу и склонилась в легком реверансе. Император кивнул ей и недовольно заметил:
— Вы заставили себя ждать, принцесса! Не пристало будущей императрице спать до обеда.
— Прошу прощения, ваше величество, — покаянно склонила голову девушка. — Мне очень плохо спалось, мучили кошмары…
Император благосклонно кивнул и указал на место между собой и Диром. Эйбис удивилась, но не посмела ослушаться. А сердце радостно забилось от предвкушения беседы с женихом. Даже о Кейасе забыла, тот остался стоять за ее спиной, выполняя обязанности телохранителя.