Фериор часто задумывался: обитает ли кто под черными крыльями тумана, в который его народ нырял ради забавы, устраивая зрелищные массовые соревнования. Падение к земле — шанс проявить себя, показать удаль и умение, ведь темные плотные облака связывали крылья и практически лишали способности летать.
Фер мечтал достигнуть земли, пролететь кометой через туман и коснуться ногами твердой поверхности. Дни и ночи проводил в тренировках, погружаясь все глубже во тьму, пока его не постигло несчастье.
Это был обычный тренировочный полет, не слишком глубокий, для разминки, который прервал камнепад. Каменные глыбы срывались в туман, и Фер едва успевал лавировать между падающими обломками.
Крыло пронзило болью, и оно тут же перестало слушаться. Фериор пытался выровнять полет, взлететь к солнцу, где можно просто парить, а не преодолевать сопротивление плотной тьмы, но только барахтался в ее волнах, теряя последние силы.
Нет, он не сдавался, сопротивлялся до последнего, однако туман оказался сильнее. Крылья больше не держали своего хозяина, Фериор камнем падал к земле.
Наконец его мечта исполнится, он достигнет дна Бездны и может в последний момент жизни увидит ее черную твердь. Падение растянулось в вечность. Несмотря на постоянно возрастающую скорость, из-за которой жгло кожу и рвались волосы, свободный полет длился долго. И чем глубже Фер погружался, тем гуще и темнее становилась тьма.
Глаза неожиданно привыкли к темноте и стали различать очертания земли и ползающих по ней тварей: черных, смердящих и воющих в предвкушении пищи. Боги! Жуткая смерть попасть в зубастые пасти и острые клешни обитателей тверди. Молился только о том, чтобы удар о землю прервал его жизнь мгновенно. Но вдруг его падение замедлилось. Будто туман обнял своими крыльями, подхватил над краем Бездны и унес, спеленав внезапную жертву со всех сторон своими нитями.
В этот момент и сознание Фериора поглотила тьма.
Очнулся он в странной пещере, освещенной множеством светящихся во тьме кристаллов. Рука нащупала мягкий мох, который пах солнцем. Фер не мог объяснить, почему так подумал, но был уверен, что первое солнце их мира источает именно такой аромат. Рядом, срываясь со сталактита, капала вода, собираясь в углублении в небольшое озеро.
Он сел, хотя сломанное крыло тут же напомнило о себе. Застонал и сильно стиснул зубы, пытаясь отрешиться от невероятной по силе боли. Неотъемлемая с рождения конечность не слушалась, а любые попытки пошевелить ею причиняли страдания.
Жаль! Искренне полагал сперва, что падение в Бездну и твари на ее дне всего лишь кошмарный сон. Но как он здесь оказался? В полубреду показалось тогда, что туман спас ему жизнь, но мысль была слишком абсурдной для правды.
А может он все-таки выбрался к солнцу и ему помогли соотечественники, отнесли в безопасное место, где Фер метался в лихорадке и бредил?
Звук шагов в этом странном пустынном месте был слишком громким. Фериор обернулся, поморщившись от боли. Сердце загрохотало, тут же вспомнились твари поверхности. Но к его удивлению в пещеру вошел сгорбленный седой старик.
— Очнулся, значит, — прострекотал он, присаживаясь рядом.
Фериор разглядывал странного обитателя пещеры с удивлением и опаской. Кожа старика была совсем белой и немного мерцала. Или так казалось из-за сияющих кристаллов. Но вот глаза явно светились. Это выглядело странно и в тоже время притягательно. А еще у старика не было крыльев.
Невозможно! Никто не в состоянии выжить в их мире, если не способен парить. Фериор еще раз осмотрел старика, в попытке обнаружить если не крылья, то наполняемые легким воздухом сумки, которые позволяли некоторым обитателям их мира всплывать над туманом, как пузыри в воде, но ничего не обнаружил. Старик явно жил на поверхности планеты с густой и плотной атмосферой.
Он позволил себя рассмотреть, а потом зашел за спину, касаясь поврежденного крыла своего гостя. Фериор заорал, как безумный, испытывая дикую боль.
— Плохо дело, парень, — обратился к нему старик. — Лучше срезать крылья. Летать все равно не сможешь, а рана плохая, можно окочуриться от лихорадки.