От испуга Эйбис начала извиваться, пытаясь сбросить насильника, но Дир не позволял ей освободиться. Его губы потянулись к ней с поцелуем. Би отчаянно замотала головой, но Дир только рассмеялся. И вместо губ поцеловал в шею, больно прикусывая нежную кожу. А его рука уже коснулась обнаженного бедра.
Паника придала сил. Эйбис рванулась и смогла громко закричать, но Дира волновало ее сопротивление. Юбка задралась почти до талии, обнажая бедра. Дир коленом раздвинул ей ноги. По щекам катились слезы, было до Бездны противно и страшно. Когда рука Дира добралась до сокровенного места, девушка закричала, зовя на помощь, особо ни на что не надеясь.
Но внезапно кто-то оторвал от нее насильника. Эйбис не сразу поняла, что свободна и кому обязана своим спасением.
— Да как ты посмел?! — взревел Дир. — Выйди немедленно и закрой дверь с той стороны.
Эйбис испуганно развернулась и отползла от жениха по кровати к стене. И только сейчас заметила, что Дира нет рядом. Между ней и женихом застыл слуга веры. Капюшон упал с его головы, открывая лицо молодого красивого светловолосого мужчины, на лбу которого золотой татуировкой светилась руна. Слуга веры смотрел, нахмурившись, на ее жениха, будто позабыл совсем о своей бесстрастности. Даже руки в кулаки сжал.
А Дир сидел на полу и взбешенно смотрел на посмевшего помешать послушника.
— Пошел вон, я сказал! — заорал жених, вскакивая. — Я племянник императора, тебя казнят за дерзость.
Но послушник даже не сдвинулся с места, и через мгновение Эйбис услышала его спокойный и холодный голос:
— Вам здесь не место. Девушка неприкосновенна.
— Это моя невеста. А ты — мой слуга. Я будущий император и я приказываю тебе убираться.
От гнева лицо Дира пошло красными пятнами, он орал, брызжа слюной и наскакивая на слугу веры.
Но мужчина даже с места не сдвинулся, не пошевелился, а только холодно и четко произнес:
— Нет!
— Что?! Тебя казнят. Ты обязан исполнять мои приказы. Ты — мой слуга. Как ты смеешь…
Дир замахнулся, намереваясь ударить послушника, но мужчина легко остановил его кулак одной рукой и медленно заставил Дира опустить руку вниз. Эйбис видела, как напрягался Дир, пытаясь вырваться из захвата, но явно проигрывал послушнику в силе.
— Мне может приказывать только верховный жрец, — бесстрастно ответил мужчина.
Казалось, он вовсе не прилагал усилий, сдерживая племянника императора. Дир пыхтел, краснел, напрягал все мышцы, но послушник удерживал его удар, не двигаясь с места.
— Девушка должна быть невинной до свадьбы, тогда на ее душу не покусятся демоны. Вы нарушаете постулаты веры, — ни одной эмоции, холодный бесстрастный голос.
— Она?! Невинна?! Ты что не знаешь, в чем ее обвиняют?! — Дир вырвал руку из захвата ее неожиданного защитника и отступил на пару шагов назад.
Не пытался больше кидаться в атаку, но и не уходил.
— Ее вина не доказана, — отрезал слуга веры. — Покиньте комнату принцессы. Иначе я буду вынужден доложить верховному жрецу.
И он закрыл собой Эйбис, всем видом показывая, что не сдвинется с места. Дир выругался, но все же ушел, громко хлопнув дверью.
Слуга веры проводил его взглядом и повернулся к Эйбис. Девушка встретилась взглядом с его карими глазами и вздрогнула. Что-то было в этом мужчине. Нет! Он не поразил ее своей неземной красотой, хоть и был молод и хорош собой. Его глаза не горели азартом, страстью или гневом. Они и вовсе не выражали никаких чувств, но затягивали будто Бездна. Эйбис вдруг стало холодно, и она обхватила себя руками.
Мужчина не улыбался, на его лице не дернулся ни один мускул. Он внимательно осмотрел девушку и спокойно спросил:
— Вы в порядке, принцесса?
Эйбис кивнула. Ее немного потряхивало. Мужчина внушал страх, хоть и спас ее мгновение назад. Может, всему виной все те слухи, что ходили о послушниках новой веры? Бездушные убийцы, которых жестко обучают с детства, уничтожая все эмоции, оставляя только слепую веру. Глядя ему в глаза, Эйбис верила, что слухи правдивы.
— Не бойтесь, он вас больше не побеспокоит.
Эйбис только моргнула в ответ. Мужчина повернулся и пошел к двери.