Ткач вдруг вырвал руку, размыкая круг.
— Что? — удивилась искра.
А несущий млел от того, что яркая не отняла у него руки.
— Баланс нарушен, — нахмурился ткач.
Ткач распахнул окно в пространстве. Двое молодых смертных сидели под высоким деревом. Мужчина погладил девушку по щеке, склонился к ее лицу, его губы осторожно коснулись губ девушки. Странное действо не длилось больше пары тактов. Мужчина и женщина разъединились. Щеки самки порозовели, она опустила взгляд и рассмеялась. Несущий вздрогнул. В то время он не знал, что такое поцелуй, но что-то в незнакомом действе смертных смутило его. Энергия забурлила. Искра с укором посмотрела на своего несущего и быстро восстановила равновесие.
— Что они делают? — спросила искра.
— Возможно это процесс продолжения рода, — пожал плечами несущий. — В каждом мире есть такие.
— Разве самка понесла от этого действия? — недовольно спросил ткач. — Их репродуктивные органы в другом месте на теле.
— Великий космос! Да какая разница?! — закатил глаза Несущий, но тут же подавил свой эмоциональный порыв, так как он нарушал равновесие.
Искра посмотрела на него с легким упреком, но сильнее стиснула ладонь и выровняла взрыв энергии несущего.
— А разница в том, самозванец, что наши миры слишком отличаются от нормы. И это из-за тебя. Ты не прошел испытание. Твои страсти влияют на миры и их обитателей.
— Так сдай меня свидетелям, — фыркнул несущий. — Что? Не сдашь? А сказать почему? Тебя больше ни в одну триаду не возьмут.
— Прошу вас, не ссорьтесь, — попросила искра. — У меня получается сгладить влияние. Несущий хорошо контролирует свои страсти, ткач. Миры развиваются стабильно. Не вижу ничего ужасного в том, что ты показал. Общество развито и продолжает развиваться.
— Эти существа эмоционально нестабильны, — возразил ткач. — Тратят полезное время на ненужные для развития дела.
Он показал смертных за странными занятиями: девушка смешивала краски и мягкой кистью рисовала на белом полотнище закат, мужчина ритмично ударял по предметам тонкой палкой, а зрители прислушивались к странным, сливающимся в единое целое звукам, женщина обвешанная бубенцами странно и плавно двигалась в такт мелодии.
— Такого не было ни в одной Вселенной, которые нам демонстрировали, — завершил свой показ ткач.
— С каких пор уникальная жизнь – это плохо?
— Жизнь — это высшее благо, — согласилась с ним искра. — Миры стабильны.
— Погибшие миры тоже были сперва стабильными. Я очень рисковал, связавшись с вами. И не хочу потерпеть крах. Я не собираюсь становиться изгоем из-за ваших ошибок.
Тошнило от одного взгляда на этого правильного бездушного ткача. Владеющий материей мог обвинять его. Несущий не снимал с себя вины за обман. Но их искра была идеальной. Ткач не имел права говорить с ней в таком тоне. Нечто темное и злое поднималось изнутри. Несущий едва совладал со рвущейся наружу энергией.
— Не смей… — начал он, но искра пожала его руку, успокаивая.
— Что ты предлагаешь? — спросила она ткача.
— Нужно уничтожить эти миры и начать заново, — вынес приговор ткач.
Искра вздрогнула. Несущий почувствовал ее волнение и страх. Его яркая сломается, если ей придется уничтожить собственный мир. Она всегда такая была: нежная, ласковая, добрая. И никакие испытания не могли забрать это у его девочки.
— Жизнь — высшее благо, я не позволю, — ответил несущий вместо своей искры. — У тебя нет доказательств, что общество нестабильно. Может, все эти ритуалы имеют какое-то значение для развития. Новое не всегда плохо, ткач.
— Я не собираюсь ждать, пока вы убедитесь, что я прав. Все это выходит за границы канонов. Нужно уничтожить, пока зараза не распространилась дальше.
— Мы с несущим не согласны, — поспешно ответила искра, вцепившись в его руку.
— В канонах есть признаки нестабильных миров. Но подобного в них не описывается, — поддержал подругу несущий. — Там так же есть пункт о том, что без доказательства вредоносного кода жизни, уничтожать мир нельзя.