***
Эйбис не понимала, как это произошло. Она заливалась хохотом от щекотки Кейаса, а потом встретилась с его глазами, которые стали совсем черными и просто утонула в омуте их тьмы. До Бездны хотелось повторить тот поцелуй у озера. Позабылись все страхи и условности. Сама потянулась к его губам, опасаясь, что Кей ее отвергнет. Но вместо этого мужчина заставил ее потерять голову, лаская, целуя, сводя с ума.
И Эйбис было в тот момент плевать на все. Тело горело в огне, жар особенно концентрировался внизу живота. Она понимала к чему все идет и хотела, чтобы это произошло именно с Кейасом. Чтобы именно собой мужчина заменил те постыдные и болезненные воспоминания после ритуала. И будь, что будет. Ей нет нужды больше хранить невинность.
Черный ворон будто стал ее живым талисманом. В буквальном смысле спас, заставив их прийти в себя и обратить внимание на то, что происходит на улице. Намеренно ли? Вряд ли, конечно, просто запомнил дорогу в эту комнату, так как Би подкармливала его, когда приходила якобы лечить Кейаса. Неразумная птица врезалась в окно и тем самым спасла их.
Би бежала по лестнице, надеясь перехватить Дира или хотя бы встретить его в гостевом зале. Пусть и не подозревает, что она была в комнате Кея. Она не испытывала стыда перед женихом. Первая любовь сменилась брезгливостью и темной ненавистью. Некогда казавшийся благородным мужчина оказался негодяем.
Эйбис успела бросить взгляд на себя в зеркало и поправить волосы и одежду прежде, чем Дир ввалился в дом. Она сделала вид, что удивлена его приходом, но предпочла остановиться на приличном расстоянии, не торопясь подходить к жениху.
— Ну, здравствуй, дорогая невеста, — усмехнулся Дир.
— Уходи, — махнула рукой Эйбис.
— Как-то негостеприимно ты меня встречаешь, — осклабился мужчина и лениво прищурился.
— Императрицы и свиты нет. Я в доме одна, мне запрещено принимать, кого бы то ни было. Это неприлично, — спокойно отозвалась Эйбис. — Ты должен понимать это. Может пострадать моя репутация.
Дир только хмыкнул. И Эйбис в тот момент четко осознала, что он не уйдет. Что специально явился в дом, когда нет никого, кто мог бы его остановить и удержать. Воспользовался тем, что уклад жизни в убежище отличался от столичного, с кучей условностей. В доме Би не было охраны, кроме дней, когда их посещал император. Даже Лайла всегда появлялась в убежище без полагающейся ей свиты. Эйбис никогда не задумывалась почему, раньше ей это было не интересно, но девушка искренне считала, что подобное в порядке вещей.
В их селении все жители были друг за друга горой. Дверь дома всегда была открыта, сновали слуги, посетители, друзья Ранори и отца Кея заглядывали с визитами. Пусть императрица и наказала ей запереть дверь, отбывая, но Би по привычке забыла об этом. Зачем? Разве что-то могло угрожать ей в собственном доме? Девушка не подумала, что случись беда отдаленность их дома от основных селений убежища может сыграть на руку негодяям. Подобная мысль пришла в голову Эйбис только сейчас. Дир пришел взять то, в чем она ему отказывала. Принцесса почувствовала это, как только взглянула жениху в глаза.
— Уходи, — еще раз твердо сказала Эйбис, но непроизвольно отступила на пару шагов.
— А я если я не хочу? — усмехнулся Дир, приближаясь. — Может, я ждал такого момента, дорогая невеста. Ты и я, одни в доме. Можешь, кричать, сколько влезет, и никакой слуга веры не явится на помощь.
Сердце забилось перепуганной птичкой. Дир уже не раз пытался силой овладеть ею. И видимо теперь наступил самый подходящий момент. Мужчина демонстративно задвинул засов на входной двери и повернулся к невесте со злорадной усмешкой.
— Да ладно тебе, — рассмеялся он, когда Эйбис вооружилась тяжелым подсвечником. — Чего ты ломаешься-то? Все равно буду тебя иметь после свадьбы. Просто хочу чуть ускорить события.
Мысль о замужестве с ним вызывала тошноту и страх. А еще панику. Эйбис никогда не думала, что будет так бояться, кого бы то ни было. Вроде бы и сражаться ее Кей учил. Но рядом с Диром Би цепенела от страха. Слишком сильным потрясением для невинной девушки стала попытка изнасилования.
А Дир приближался к ней.
— Так может, ты все же потерпишь до свадьбы? — попыталась образумить его девушка, пятясь к лестнице. — Какая тебе разница? Я же расскажу все императору. И он тебя накажет.