— Дир, прошу тебя, — взмолился император. — Сними этот камень. Он разрушает твою душу.
Но одержимый племянник захохотал так, что жуть взяла. Иригон попятился от него, понимая, что древний маг пришел мстить. Император забормотал молитвы, прося помощи у Первого бога, чем вызвал еще один приступ смеха у одержимого.
— Ко мне! К оружию! — в отчаянье закричал Иригон, хотя знал, что почти все слуги веры отправлены им в убежище, проводить очищение, а тех, кто остался, слишком мало, чтобы помочь.
Он даже не успел обнажить оружие. Да и бесполезно оно против темного.
— Жалкий предатель! — зашипел древний маг и вскинул руку.
Император закричал. Темный рвал его нити. Иригон чувствовал, как лопается каждая вена, каждый сосуд, как ломаются кости. Боль была такой силы, что сознание императора помутилось.
***
Темный не позволял предателю умереть, убивая медленно и с наслаждением. Он так долго ждал этого. Рука уже полностью погрузилась в тело бывшего носителя, нащупала бешено колотящееся сердце, сжала его, наслаждаясь пульсацией в своей ладони.
Он не позволит ничтожному умереть. Предатель должен увидеть свое бьющееся сердце, прежде чем сдохнуть без права на перерождение. Затолкать бы сердце в глотку этому слизняку, заставить сожрать. Но Иригон оказался слишком слаб. Как только темный выдернул из груди еще бьющееся сердце врага, император захрипел, его глаза закатились, и жизнь покинула тело.
Багровый повелитель со злорадством смотрел на окровавленную руку, где в последних предсмертных судорогах билось хрупкое человеческое сердце. Так будет со всеми, кто перешел ему дорогу, кто посмел восстать. Жалкий носитель! Как он был ничтожен в тот день, когда Агран подарил ему могущество. И этот слизняк посмел предать.
— Ваше величество! — взвыл великий жрец, осеняя себя знаком, отгоняющим демонов.
А стоящие за его спиной воины в плащах с капюшонами синхронно обнажили мечи.
— Сгинь! Сгинь нечисть! Великим Первым богом заклинаю! — визжал жрец.
Багровый повелитель бросил сердце врага на землю, наступил на него каблуком сапога, вытер руку о штаны и злорадно усмехнулся.
— Да, как ты смеешь! — рявкнул он, роясь в воспоминаниях носителя. — Я получил благословение в храме. Сам Первый бог вошел в меня и приказал принести императора в жертву.
Великий жрец опешил, но оказался не таким простофилей, как показалось вначале. Недоверчиво покачал головой и продолжал молиться, незаметно подав своим воинам знак к атаке.
Они даже двигались синхронно. Багровый повелитель усмехнулся и не сдвинулся с места. Ни одному смертному не справиться с темным магом. Он видел нити, сияющие всеми оттенками черного. Ему достаточно лишь разорвать некоторые и эти вышколенные воины упадут к его ногам сломанными куклами.
Первый слуга веры, так и застыл с занесенными для удара мечами. Багровый повелитель, играя, разорвал ему грудную клетку. Капюшон слетел с головы мужчины, открывая лицо с горящей на лбу руной.
Увидев плетение, Багровый повелитель не смог сдержать ликования. Боги! Эти смертные сами сделали для него армию. Пусть и живы еще носители. Но настолько сломлены, что не смогут противостоять. Сил потребуется больше, чем если проводить призыв по правилам, но на этот небольшой отряд хватит. Так и будет их обращать постепенно.
— Рунами Уруз, Турисаз, Перт и Тейваз призываю вас, явитесь! — закричал он.
Слуги веры резко остановились, оружие выпало из их ослабевших рук, вязь рун на лбах засветилась. Неизвестная сила подняла их в воздух, распяла, вскинула головы к небу. Глаза закатились, и их тут же залила тьма. Тела бились в конвульсиях, принимая в себя новые сущности. Бездушные, жестокие и полностью ему покорные.
Магия перестала трепать слуг веры, будто марионеток, опустила на землю. Они застыли истуканами напротив призвавшего их темного, ожидая приказов.
Рядом истерично молился верховный жрец, упав на колени и едва помня себя от ужаса. Багровый повелитель усмехнулся. Посланником Первого бога быть сейчас выгодней, чем темным магом, поэтому смешал слова, меняя их в угоду новым верованиям.
— Я ваш хозяин! — громко приказал он новым одержимым демонами душам. — Повинуйтесь мне! Примите благословение Первого и единого бога, которому поклялись служить!