Девушка замотала головой.
— Дают выбить яд, — хмыкнул Лаель.
Эйбис вздрогнула в его объятиях.
— Нет, в малых дозах он не убивает, но провоцирует видения. Человек видит всякое, особенно если перед этим направить его мысли в нужное русло. Дюжину дней несчастные созерцают демонов, мучаются от боли. А потом является великий жрец, вещает о том, что они узрели правду и первый бог их спасет. Дают противоядие, одурманивают, чтобы человек почувствовал экстаз и счастье. Действует безотказно, Эйбис. Но есть небольшое количество людей, которые не восприимчивы к яду жрецов. Такие обычно посвящение не переживают, их убирают тихо и незаметно, если ума не хватит притвориться.
Он замолчал на такт. Эйбис даже не заметила, что сильно стиснула его руку на своем животе, заставив мужчину прижать ее к себе теснее.
— Моя мать была из таких, — спокойно продолжил он. — Но она догадалась притвориться. Никто не заподозрил ее ни в чем. Мы жили спокойно, ничем не выделяясь. Мать учила меня притворяться чуть ли не с младенчества. Может, так никто и не узнал бы, что мы не такие, как все. Но в девять лет я попал под сильный ливень и заболел. Лекари не могли меня спасти. И мать решилась. Когда-то давно толи деду, толи прадеду, за долгую и верную службу магистр домена подарил магический артефакт с руной Соулу. В нем заключена сила полнейшего исцеления. И разбудить его энергию может обычный человек, необязательно быть магом. Моя мать исцелила меня руной. И за ней пришли слуги веры.
— Боги! — ахнула Эйбис.
Защипало в носу от непрошеных слез, навернувшихся на глаза. Забыла совсем, что решила держать дистанцию, прильнула к груди мужчины. Лаель же спокойно продолжил, ничем не выдавая истинных чувств. А может правда их не осталось уже?
— Я мал был, Эйбис. Не понимал ничего. Жрецы заставили меня смотреть на костер, где сгорела моя мать. Они почти убедили меня, что все дело в скверне. И что моя душа в опасности. И для меня благо вступить в ряды слуг веры. Я долго верил в это. Подробности того, как воспитывают слуг веры тебе ни к чему. Это череда тренировок, испытаний веры, самоконтроля. Мальчишек ломают с детства и меня сломали. Я верил. Так истово, что наставники не могли нарадоваться. Кто-то из моих товарищей, кто послабее, терял сознание, когда отправляли сжигать ведьм, кто-то сводил счеты с жизнью. Я нет! Я убивал и сжигал людей и не испытывал жалости. Чуть ли не с двенадцати лет. Рано даже по меркам ордена.
Она все же вздрогнула. Холодом обдало от его слов. Но и поверить не могла в то, что слышала.
— Так что я больше слуга веры, чем ты думаешь, Эй-бис, — в его словах послышалась горькая ирония.
— Но не я же изменила твои воззрения? — тихо спросила она.
— Нет, не ты, — он просто констатировал факт. — Это случилось раньше. Пришло время посвящения. Оно для послушников жестче, чем для обычных людей. И не заканчивается никогда. Слуги веры принимают яд ежедневно. Он помогает им не забывать о вере. А на самом деле, просто держит нас в страхе. Я оказался невосприимчив к яду, но не выдал этого. Решил, что моя вера так сильна, что откровение мне не требуется. Промолчал. Мои соратники не кричали, как обычные люди, переживая свой кошмар молча, стиснув зубы, поэтому никто ничего не заподозрил. Много позже я начал понимать, что со мной что-то не так. Один из послушников, молодой совсем, не выдержал и кричал, что демоны его преследуют. Его быстро убрали. Я задумался. Знаешь, зачем нам плащи с капюшонами, Эй-бис? — бесстрастно спросил он, хотя рука почему-то сжала ее пальцы.
Девушка замотала головой. Горло свело судорогой, так страшно все это было слушать.
— Чтобы демонов не видеть. Слуги веры постоянно созерцают их везде. Это называется высшим откровением, доступным лишь избранным, то есть воинам за веру. Тяжело не верить, если видишь их постоянно. Все сомнения рассеиваются. А на службах в храме послушникам дают немного противоядия. И получается, что молитвы приносят облегчение. Так окончательно убеждаешься, что твое дело правое. Но я-то не видел демонов. В то время я уже занимал высокое место в иерархии ордена. За мной не следили, как за другими, полностью доверяли. Не боялись в моем присутствии говорить без осторожности. Так я узнал о скрытой библиотеке при храме. Ни один слуга веры не пошел бы читать книги. Не уверен даже, что они умеют. Меня же научила мать. Я решил разобраться, что со мной. А нашел книги о древних расах и магии, о старых войнах и жизни, как и древние легенды и записи бывших магистров и нигде нет упоминаний о том, что маги продавали душу демонам. Это всего лишь внутренняя энергия или устройства, которые эту энергию собирают и направляют нужным образом.