— Если я понадоблюсь, просто позови, — у девушки мурашки пошли по коже от его хриплого обволакивающего голоса. — У тебя это всегда получается, Эй-бис, — привычно протянул Лаель по слогам ее имя.
Что он имел в виду? Палец на губах мешал задать вопрос. А через такт палец заменили его губы. Этот поцелуй не был похож на тот первый в доме. Тогда будто легкий ветерок коснулся нежной кожи, лаская нежным прикосновением, заставляя зудеть губы. Сейчас же Лаель целовал страстно, почти грубо. А Эйбис не думала его отталкивать, наслаждаясь бурей запретных эмоций, которые неожиданно обрушились на нее. Будто с высоты падала в глубокую Бездну. Перехватило дыхание. Может она и не дышала все это время, так как закружилась голова, и пришлось схватиться за его за плечи, чтобы не упасть. Лаель обнял ее за талию, прижал крепко, буквально впечатал себе в грудь. Умом Эйбис понимала, что нужно прервать этот поцелуй. Она любила Кейаса. Душа отзывалась на звук его имени, танцевала, порхала как птичка. И губы его тоже заставляли терять голову. Только целовал ее не Кей сейчас. Странный мужчина, который, как она искренне считала, не касался женщины. Но теперь сомневалась в этом, млея от наслаждения.
Эйбис слабо начала сопротивляться его напору. Но Лаель сам резко прекратил поцелуй. Уткнулся в ее лоб своим, тяжело дыша, и пробормотал:
— Прости, Эй-бис, не удержался. Думал об этом весь день. Ты просто Бездна для моего хладнокровия. Сожгла к демонам самоконтроль. Я напугал тебя?
Эйбис замотала головой.
— Не бойся, не трону. Постоим так немного и отпущу. Замри, только не шевелись, пожалуйста.
Щеки горели, сердце бешено билось. И стыдно до Бездны за свою слабость. Что не оттолкнула, не остановила и млела, когда его горячие губы танцевали с ее губами запретный танец. Лаель молчал, но не отстранялся. Эйбис уперлась ему ладошками в грудь и слышала бешеный стук сердца.
— Ты же слуга веры, — шокировано пробормотала она.
Губы до сих пор зудели и налились от его умопомрачительного поцелуя.
— Именно поэтому замри. Очень тяжело смирять тело, когда контроль катится в Бездну. А я не хочу тебя пугать.
— Я тебя не боюсь, — улыбнулась Эйбис.
Лаель застонал и закрыл глаза.
— Не боится она, — ворчал он, не открывая глаз. — А стоит. Нет ничего хуже меня, утратившего контроль, Эй-бис.
Нужно потребовать его разжать объятия, отпустить. Хотел напугать? Напугал. Ничего себе заявления. У нее вообще-то есть мужчина, которого она любит. Пусть другой и способен вызывать в ней сильные эмоции. Она просто ему благодарна.
— Лаель, пусти, — попросила она. — Не нужно.
— Да, моя принцесса, — хрипло на одном выдохе ответил он и разжал руки.
Глаза его так и оставались закрытыми. Эйбис осторожно отошла от него. Лаель несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул. И надо же было ей сказать в тот момент.
— Я не пойду за стену.
Лаель удивленно поднял брови, будто не поверил в то, что услышал.
— Не говори глупостей, для тебя здесь опасно, — отмахнулся Лаель. — Особенно рядом со мной сейчас. Мне нужно кое-что решить на этой стороне, и я тебя найду. Соскучиться не успеешь.
Принцесса покраснела от намека. А на его лице снова жили только глаза, тело будто задеревенело, но Эйбис заметила, что он сжимает кулаки так, что белеют костяшки пальцев, весь натянут как струна.
Но ей нужно подумать о деле. Сказать, как есть. Если придется, извиниться. Она не рассматривала Лаеля как спутника жизни. Сердце сладко млело, вспоминая Кейаса.
— Не в тебе дело, — резко ответила она. — Мне нужно в убежище. Очень нужно.
— С ума сошла? — брови на бесстрастном лице снова взлетели на лоб. — Там полно слуг веры. Готовится откровение.
— Там остались дорогие мне люди. Я не могу оставить их. Их накажут из-за меня. Я должна увести их за стену.
— Дорогие люди? — переспросил Лаель, хмурясь. — Люди, Эй-бис, или один мальчишка, которого секли на площади?! — его голос немного повысился, а костяшки пальцев побелели сильнее.
Эйбис поморщилась. Она понимала, что надо было раньше сказать, до этого злосчастного поцелуя. Но он же не позволил. Или просто ей льстило внимание его внимание, притягивало неизведанное? Теперь будет сложнее объяснить. Практически невозможно. Дала повод, позволила надеяться на что-то. Но сказать все-таки стоило. Их взаимное притяжение не более, чем ошибка. Вряд ли Лаель испытывает к ней что-то кроме страсти, особенно если у него давно не было женщины. Только Эйбис этого мало. Ей нужен мужчина, способный согреть душу. И это Кей.