— Спасибо, — мягко ответила Кора и снова поцеловала лорда.
— Что даже чаем не напоишь? — удивленно спросил Сирил, видимо, лекарка не спешила приглашать его в дом. — Хоть идти и недалеко, а я чуть не обледенел, между прочим.
— Да во дворце тебе, наверное, удобней будет, — залепетала Кора. — У меня пациенты…
— Что за ерунда? — удивился Сирил. — Давай я твоих пациентов на ноги поставлю. Мне не тяжело.
— Тебе же нельзя… — начала говорить Кора.
Но, видимо, лорд уже не слушал ее и сам прошел в дом. Ольге не оборачивалась, хотя сердце стучало так, что казалось слышно даже окружающим. Мужчина подошел к кровати и склонился над больной. Ольге почувствовала легкое тепло от его ладоней — проверяет как сильно больна пациентка.
— Ерунда, — спокойно сказал он, — потерпите сейчас вам станет лучше.
И тут его взгляд упал на темно-красную прядь волос. Лорд дернулся, будто приведение увидел.
— Ольге?! — шумно выдохнул он.
Девушка медленно повернулась и несмело посмотрела на любимого мужчину. С жадностью поглощая каждую черточку его лица. Лорд не успел скинуть богатый отороченный мехом плащ с геральдической вышивкой. Только капюшон опустил, открыв взору пшеничного цвета волосы, сегодня заплетенные в косу. Знакомая челка по-прежнему лезла мужчине в небесного цвета глаза. Гладкая кожа без щетины. Хилфлайгоны никогда не брились. Чувственные губы, которые подарили ей в прошлом столько нежных обжигающих поцелуев. На лице лорда на мгновение отразилось замешательство.
— Бездна! — ругнулся Сирил, но поспешил взять себя в руки. — Вот это неожиданность.
Ольге усмехнулась, заметив как побледнела за его спиной Кора, сжав руки в кулаки. Лорд отвел взгляд. Развязал тесемки плаща и небрежно бросил его на ближайший стул. Видимо, мужчине так же нужно время взять себя в руки. Ольге исподтишка наблюдала за ним.
— Кора, я все же не отказался бы от горячего чая, — попросил он. — Завари травы от лихорадки. И найди, пожалуйста, медовый экстракт для больного горла. Я приносил тебе на днях.
И бледная девушка кивнула. Лорд Сирил взял стул и сел рядом с постелью больной.
— Тебе нельзя лечить естественные болезни, — прохрипела Ольге.
Мужчина скривился, услышав ее голос.
— Молчи, не напрягай горло, — буркнул он. — Ты больна не смертельно, а с простудой в отличие от тебя я справлюсь за час.
Он протянул руку, собираясь исцелить, но Ольге отпрянула, покачав головой.
— Не нужно.
Сирил раздраженно фыркнул.
— Давай я буду решать, кого мне исцелять, — недовольно сказал он.
И он все же положил светящуюся ладонь ей на голову. Целительное тепло быстро распространилось по телу. Жар лихорадки спал, горло больше не обжигало болью, исчезла одолевающая последние дни слабость.
— Карающий, — выдохнул побледневший Сирил. — Какого демона?!
Ольга знала, чем вызвано такое восклицание. Хилфлайгон вместе с простудой исцелил ее поврежденные нити, что существенно истощило его резерв.
— Твою ж Бездну, — пробормотал он уже охрипшим голосом.
В глазах появился лихорадочный блеск, характерный для жара. Машинально мужчина обхватил себя руками, спасаясь от озноба.
— Я же говорила, не нужно, — пробормотала в ответ Ольге, не поднимая глаз.
— До утра оклемаюсь, — буркнул лорд.
К мужчине подбежала обеспокоенная Кора. Положила руку на лоб и обеспокоенно закусила губу.
— Тебе нужно лечь, — запричитала она, уничтожим мимолетным взглядом Ольге.
— Не нужно, — хрипло ответил Сирил. — Мне нужен отвар от жара, медовый экстракт и… укрепляющее зелье. Не откажусь и от одеяла, — добавил он после паузы.
Кора поспешила выполнить его просьбу. И ее русая макушка через минуту скрылась в подполе. Сирил повернулся к Ольге и слабо улыбнулся:
— Что же с тобой случилось, Оль?! — пробормотал он. — Ты почему так ослабла?
— Так вышло, — девушка опустила взгляд.
Перед глазами вспыхнуло недавнее видение: кровавый снег, пылающий Бранд, и Сирил с обгоревшими крыльями. Сердце затрепыхалось испуганной птичкой. Рассказать бы ему все. Довериться. Только он меч заберет и ничто не изменит будущего. Она не могла допустить этого.
Вздрогнула от его легкого прикосновения. Сияющая ладонь, накрыла ее руку и легко пожала. В блестящих от лихорадки глазах появилась нежность. Его кожа очень горячая. Хилфлайгоны не могли лечить естественные болезни. Они просто забирали их на себя, зная, что магия исцелит их быстрее. Чаще всего мгновенно, редко болезнь могла затянуться на пару часов, если целитель ослаб, как было сейчас с Сирилом.