— Так и есть, — с усмешкой ответила девушка, — не до тебя последнее время. Что ты хотел?
— Как что? — натурально изумился мастер. — Долго ты тут меня держать собираешься?
— А ты хочешь на плаху?
— Бездна! Так значит, — буркнул в ответ Рис.
— А как иначе?
Дурацкий какой-то разговор, — пронеслось в голове у Леланы.
— Вообще-то я явился сам, чтобы спасти ваши задницы. Я хочу сражаться против Багрового повелителя, — возмущенно заявил Рис.
Лела удивленно вскинула брови.
— Ты серьезно думаешь, что я тебя выпущу и дам оружие в руки? — с усмешкой спросила она. — После всего, что ты сделал.
— И что я такого сделал, позволь спросить?! — рявкнул Рис. — Кольцо у тебя спер? Из замка выгнал?
— Не стоит язвить. Ты прекрасно знаешь, что сделал. И у меня нет никакого доверия к тебе. Поэтому ты останешься здесь.
Дурацкая была идея и идиотский разговор. Лелана повернулась, чтобы уйти, но хриплый насмешливый голос Риса остановил ее у двери.
— Ты думаешь, я рассказал все, что вам нужно знать?
Лела остановилась, но не повернулась. Сказала только:
— Думаю, мы обойдемся и без тебя.
Только мастер Рис хмыкнул.
— О, нет, лапа! Я предполагал, что меня засунут в каменный мешок и забудут. И готов торговаться за собственную жизнь и свободу. Ты знаешь, кто такие одержимые демонами?
Лелана не хотела его слушать, но все же остановилась и повернулась.
— Твой папочка посвящал тебя в тайны темной магии?
Лелана знала, что ее отец был магистром темных искусств. Его глаза часто заполняла тьма и «взгляда Бездны» боялись все. Отец умел управлять нитями и владел темным боем. А еще у него был демон. Лела никогда не видела это существо, но не раз слышала, как Лерон упоминал демона в разговорах с Ранером. Но ни о каких одержимых речи не шло.
— Хотя твой папочка был правильным темным, наверное, — хмыкнул Рис. — Запретными знаниями не баловался.
— Ты хочешь что-то сказать? Так говори, — разозлилась Лелана.
Воспоминания о родителях до сих пор причиняли боль. Как далеко их забросило в будущее? Встретятся ли они когда-то? Увидят ли родители свою внучку?
— Одержимые, Лела, — это низшие демоны в человеческом теле, — слова Риса заставили ее вздрогнуть и вынырнуть из собственных мыслей и воспоминаний. — В момент смертельной агонии темный маг может притянуть в тело умирающего эту сущность. Я был свидетелем первых экспериментов Багрового повелителя. Твои погибшие наемники стали сосудами для первых демонов.
Лелана побледнела.
— Да, лапа! И Дирка с остальными ждала такая же участь, если бы я не помог им бежать.
— Ты врешь, — огрызнулась Лелана.
— Разве Дирк не говорил, что в один прекрасный день дверь почему-то оказалась открытой, а руки не связанными? Я дал им шанс — они им воспользовались.
— Я не верю тебе, потому что ты сам заманил их в ловушку.
Рис только плечами передернул и скривился.
— Не отрицаю. Даже оправдываться не буду. Прости, но моя жизнь мне дорога. И у меня не было никакого желания становиться одержимым.
А на лице ни намека на раскаяние. Улыбается криво, будто и не волнует его собственная судьба. Смотрит насмешливо как тогда, когда назывался ее опекуном и третировал постоянно.
— Так вот одержимые, Лела, — потряс он пальцем перед ее лицом. — Они невероятно сильны и практически не убиваемы. Даже если их порезать на куски, они соединяться вновь в единое целое. Маг запечатывает их в теле с помощью небольшой руны. И освободить демона можно, только разрушив эту руну. Как ты понимаешь, никто не светит такой ценный знак. Это же уязвимое место почти бессмертного и сильного воина.
Он замолчал и прищурился, будто хотел оценить реакцию на свои слова.
— И где же это место?
Но Рис помахал пальцем.
— Не так быстро, лапа. У меня есть условия.
— С чего ты взял, что мне это интересно? — намеренно безразлично передернула плечами Лелана, не желая показывать ему слабость.
— Могу и не говорить, — в тон ей сказал Рис. — Только пока воины замка найдут это уязвимое место — воевать будет некому. Ведь скоро бой? Я прав.
И он уселся на узкую койку, вытянув ноги и скрестив руки на груди.