На мгновение остановился перед высоким зеркалом, оглядывая свое новое тело, вернув ему исходный облик. Белокурые волосы, смазливое личико, миловидна и невинна… Ха! Уж он-то знал, насколько невинна эта тень. Насколько все они невинны. Видгары просто так не проклинают. Это самое страшное наказание, которого боялись как огня в Симфонии. Такое проклятие грозило ему самому за измену, если бы не уничтожил расу видгаров. Однако сейчас все это только на руку. Пока он найдет достойную замену, тело сослужит ему нужную службу. По щелчку пальцев Багровый повелитель вернулся к мужскому облику.
Сел в высокое кресло королевы видгаров.
— Аскобис! — позвал он, и слуга тут же появился в воздухе. — Я хочу знать о принцессе и о её возможных потомках.
Завтра же он начнет действовать. Только теперь торопиться никуда не будет, учтет прошлые промахи. Ему нужно собрать абсолютно черный меч и найти последнего видгара — единственного, кто может остановить непобедимое войско, но не его самого. В этот раз он будет играть медленно, получая удовольствие от игры…
текущий момент
Рис проснулся от жуткого холода. Все же ночи холодные, а он уже вторую проводит в лесу. Желудок свело от голода, вчера удалось перекусить какими-то ягодами и все. Да и поставленная метка жгла кожу, а рука горела огнем. Проклинал про себя Ольге, которая так некстати оказалась хранителем убежища. Его действительно нигде не принимали. Пытался заявиться к знакомым лордам, но его выставили за дверь, как только узнали о клейме.
Неудачи преследовали на каждом шагу. Уже подвернул ногу, провалившись в яму, разбил голову и скатился с холма в колючий кустарник. А вчера забрел в какую-то чащу, где даже днем темно. Выхода не видел, видимо, здесь его и найдет смерть. Однако заставлял себя идти, мечтая потерять сознание от усталости и погибнуть, не мучаясь от холода.
Впереди забрезжил свет. Наверное, показалось и его душа уже уносится в вечность, где он предстанет перед судом предков. Силы оставляли, мужчина чувствовал, что теряет сознание и медленно оседает на холодную неприветливую землю. Конец!..
— Плесни ему воды в лицо, пусть очухается, — слышал он сквозь пелену, окутавшую сознание.
Через секунду живительная влага коснулась лица, и Рис открыл глаза, с блаженством понимая, что жив. Над ним с улыбкой склонилась Лела, лицо которой можно узнать под широким капюшоном. Хотя оно и скрыто за темной дымкой.
— Где я? — прошептал, приподнимаясь. — Ты решила все-таки меня убить?
— А должен? — услышал он мужской голос и удивленно посмотрел на склонившегося над ним мужчину.
Все же, видимо, галлюцинации от голода. На миг мужской облик потек и на Риса снова смотрела Лелана.
— А как же Лютина, Речной, война? Метка преступника, — пробормотал он, понимая, что скорее всего бредит.
Грубый смех стал ему ответом. И Рису от холодного жестокого смеха стало не по себе. Моргнул, и облик Леланы растаял, над ним снова склонился мужчина. Совсем уже с головой не в порядке. Устало закрыл глаза и пробормотал:
— Ты не Лелана!
— Определенно, нет, — хмыкнул мужчина.
— Где я?
— Лучше тебе не знать, парень. Ты должен быть благодарен, что мы нашли тебя, пока ты не сдох. Накормите его!
Рис с трудом приподнялся на локтях.
— С чего вдруг такая честь? Я изгнанник Симфонии! — с отчаянием продемонстрировал руну хранителя на плече.
Но мужчина только махнул рукой. Резкая боль пронзила руку бывшего правителя замка. Рис не смог сдержать крик, тело изогнулось дугой. Казалось будто кто-то пытается расплавить кожу и кости изнутри.
— Какой чувствительный, — рассмеялся Багровый повелитель. — Кто ж тебя так проклял-то? Видгар наш поработал, однозначно.
Рис тяжело дышал, приходя в себя от неожиданной пытки.
— За что? — простонал он, не понимая, что нужно этим людям.
— Ты больше не изгнанник, — пожал плечами мужчина. — Руна глубоко в нити ушла, так что пришлось выжечь с частью узора. Не страшно — восстановишься. Ты будешь мне полезен, если, конечно, жить хочешь.
— Уведите его, — приказал мужчина своим воинам.
— В яму? — спросил кто-то со злорадством.
— Нет, в яме он сдохнет. Накормите его.
Риса резко подняли под ноги и повели в лагерь. Сейчас ему было все равно куда он попал и чьи это люди. Он знал одно — с него только что сняли руну хранителя и собираются накормить, а с остальным он разберется потом.