Ужасы заключения отступили на второй план, вытесненные нежными объятиями Рорри. Не хотелось думать о проблемах, о будущей борьбе за существование, она впервые надеялась не только на себя. Уверенная в Роррдигане больше чем в себе самой, Магда наконец-то позволила себе проявить слабость, разрешить заботиться о себе и защищать.
В Долину Водопадов Роррдиган не возвращался. Домерк объявил его изменником. Лорд, чтобы вывести ее из темницы воспользовался тем, что никто не знал о его освобождении, а Домерк отсутствовал. Но как только до магистра дошло кто освободил его пленницу — он взбесился. Лорд Роррдиган и его илары обосновались в убежище. Хотя по началу Рорри намеревался вызывать Домерка на бой доверия. Магда не пустила друга, уверенная, что ее бывший любовник не будет играть по правилам. Прежде, чем являться в Долину Водопадов им следовало составить план.
Но они не успели. Однажды утром Магда проснулась в пустой постели. Магия беспокойно ворочалась внутри. Но девушка решила, что у Рорри появились какие-то дела. Спокойно заказала ужин, дожидаясь мужчину.
Но трапезу прервал стук в дверь. Магда подскочила к двери, уверенная, что вернулся Рорри, желая поскорее его обнять. Но в комнату ввалился высокий мужчина. Дорожная пыль и пятна запекшейся крови обезобразили его наряд. Магда едва сдержала крик, узнав в посетителе илара Роррдигана. Мужчина рухнул на одно колено и опустил голову.
— Госпожа, — с трудом выговорил он, ещё не восстановив дыхание.
— Что с лордом Роррдиганом? — Магда заставила себя спросить, хотя больше всего хотелось заткнуть уши и не слышать.
— Госпожа… лорд Роррдиган… он…
Мужчина замолчал, его плечи пару раз вздрогнули. Скупые мужские слезы для Магды были подобны раскаленной лаве, которая прожигала дыру в душе. Колени вдруг ослабли. Держась рукой за стол, Магда медленно опустилась в кресло.
— Что с твоим сюзереном, Карающий на твою голову?! — закричала она, не в силах контролировать эмоции, едва сдерживаясь, чтобы не зарыдать в голос.
— Домерк казнил его!
Пришлось закусить губу, прокусить её, чтобы не плакать и не биться в истерике.
— Почему вы не защитили своего сюзерена? — отчеканила она каждое слово, не понимая, как еще не сошла с ума.
— Домерк взял в заложники его семью. Госпожа, мы не отпускали, лорд ушел тайно. А через час, — мужчина громко сглотнул, так и не поднял головы, скрывая слезы, — его повесили перед дворцом Восходящих стрел.
Подлокотники кресла жалобно скрипнули в её руках, ладони видгара раскрошили твердое дерево.
— Где он похоронен? — все слова казались эхом.
Она не верила, она не могла поверить, что спрашивает о могиле Рорри, её друга, соратника, любимого. Сердце так громко стучало, что поглощало прочие звуки. Его стук был больше похож на истерику. Душу будто сжигали заживо. Все ужасы заключения, пытки — какая же это мелочь по сравнению с болью такой силы. Сдерживаемые слезы разжигали пожар, ей хотелось взвыть как волчице, но горло свело судорогой.
— Госпожа, Домерк запретил снимать его тело.
— Домерк? Запретил? — и вдруг она истерически расхохоталась.
Мужчина поднял на неё измазанное пылью лицо, с изумлением и страхом наблюдая за истерикой. Смех, сумасшедший и дикий, перешел в такой же наполненный боли крик. Магда кричала, не понимая, что происходит вокруг. Ладони загорелись. Илар Роррдигана сперва бросился на помощь своей госпоже, но испуганно отступил на пару шагов. Пламя подползло к плечам, глаза наполнились лавой. В распахнутую дверь прыжком ворвалась рысь, прыгнула на хозяйку и принялась слизывать сумасшедшее пламя. Тори рычала, скулила, скалила зубы, но продолжала слизывать пламя, пока хозяйка не перестала кричать, пока огонь не отступил и Магда не спрятала заплаканное лицо в густой шерсти.
— Тори, — всхлипывала она. — Кошечка моя! Рорри!
Рысь протяжно завыла, и Магде захотелось выть вместе с ней.
— Он должен быть похоронен с почестями. Он должен уйти на пир к Всезнающему в пламени, как истинный воин!
Магда поднялась с кресла. Ладошки сжала в кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Она подавила слезы, мирясь с новым кошмаром своего существования, не осознавая ещё его. Роррдиган должен быть похоронен с почестями! — эта мысль заставила её молча подойти к оставленному им снаряжению. Холодные колечки кольчуги моментально нагрелись, поглощая жар её тела, доспехи защелкнулись слишком громко в повисшей тишине. Пояс с мечами с замогильным лязгом занял положенное ему место на талии.