Вот чернота сформировала силуэт Домерка. Магистр присел рядом с ней. И Магда почему-то знала, что стоит протянуть руку, ухватить тонкую черную нить возле сердца, порвать, и ее давний враг погибнет в муках. Обсидиановые нити переплетались в теле Домерка, будто мудреное кружево.
И вдруг Магда заметила ее. Эта нить была чужеродной, будто ядовитый плющ обвивала тело магистра, стискивая его в тесных объятиях. В таких тесных, что непонятно, как тот жив еще. Нить выпивала все силы, отравляла, подавляла волю. И конец этой нити уходил в землю.
Не соображая, что делает, Магда как зачарованная подняла руку и коснулась этой странной чужеродной нити. Обсидиановый плющ задрожал от ее прикосновения.
Как странно! А дед говорил, что ей не стать темным магом. Что нет у нее шлейфа Бездны. Тогда как она держит странную обсидиановую нить в своих руках, и стирает ее в пыль простым нажатием пальцев?
Обсидиановый плющ задрожал в ее руке, истончился и лопнул. Путы, сдерживающие Домерка, разлетелись. Его обсидиановый узор вырвался на свободу и запульсировал. Но Магде казалось, что она просто бредит.
— Что ты сделала?! — услышала она как сквозь сон рык Домерка.
Мужчина схватил ее за плечи и тряс. А Магда едва держалась в сознании от дикой боли. Уверена была, что не навредила. Напротив. Зачем-то спасла этого придурка. Зачем?! Вот идиотка!
Боги как больно! Но нужно встать. Она не выдержит еще раз подвала и пыток. Обсидиановый узор потух. В мир вернулись краски. Домерк стоял напротив с бледный и каким-то потерянным лицом. Не нападал. Он будто ошалел от нахлынувших эмоций.
Магда попыталась отползти от врага и подняться на ноги, стараясь игнорировать дикую боль. Магия помогала своей хозяйке, придавала ей сил.
Над ухом раздался знакомый рык. Магда едва не расплакалась, осознав, что рядом замерла в боевой стойке любимица рысь.
Кошка оскалила зубы и рычала на Домерка, прижав лапы к земле и приготовившись к прыжку. А потом появился Вард. Хотя нет — это же она просто бредит. Откуда тут взяться хилфлайгону? Не Тори же его привела. Просто бред ее усталого больного сознания.
Краем уха уловила лязг оружия. Но Домерк почему-то поднял руки в примиряющеми жесте.
— Ты чего больше хочешь? Убить меня или спасти ее? — с кем он разговаривает, с ее галлюцинацией?
— Убирайся! — родной обозленный голос Варда. — Если бы она не была в таком состоянии — ты бы живым отсюда не ушел.
Домерк не ответил ничего. Даже странно как-то. Сверкнуло кольцо портала и сапоги магистра скрылись в сияющем переходе. А ее обняли такие родные и сильные руки.
— Что же ты делаешь со мной? — со стоном в голосе спросил Вард, обнимая и поднимая на руки.
Магда вцепилась в лекаря и не смогла сдержать всхлип. Так он правда пришел за ней? Он не видение воспалённого сознания?
Слишком больно. А с ним нет. Боги! Она сегодня как никогда была близка к Бездне. Магия хилфлайгона вливалась в нее, ускоряя исцеление. Уже не так пекло в груди.
— Потерпи, сердце мое, — шептал Вард, целуя ее волосы. — Мы почти возле лекарни.
Магда наконец разрешила себе потерять сознание.
Глава 24
В очаге трещали дрова, прогревая по осеннему прохладное помещение лекарни. Эти стены уже как родные. Запах трав и лекарственных настоек, немного грубоватое белье на больничных койках и красавец лекарь, который что-то размешивает у стола — будто домой вернулась.
Магда невольно залюбовалась Вардом. Его слишком широкими для целителя плечами и сильными руками. Так привыкла к его объятиям. Просыпаться в кольце его рук и засыпать. Возвращение магии ничего не изменило. Сердце замирало, дыхание прерывалось и губы пересыхали, как только видела его или вспоминала. Только теперь огненная натура довольно мурлыкала внутри, довольная выбором хозяйки, разгоняла кровь и нашептывала совсем неприличные мысли, предлагая быстрее затащить лекаря в постель. Магда даже покраснела от пришедших в голову мыслей.
Шикнула на расшалившуюся магию и напомнила, что вообще-то ублюдок Домерк их чуть не убил. Не совсем время развлекаться в объятиях красавчика хилфлайгона.
Хотя хотелось. Бесспорно! Чтобы поцеловал и не только в губы. Прижал к телу, снимая одежду и лаская везде. А потом… Магда облизала губы. И тут же возмутилась произволу собственной магии. Видгарская натура шкодливо захихикала.
Споря с собственной магией, Магда завозилась под одеялом, чем привлекла внимание лекаря. Опять в его рубашке. Хилфлайгон смыл с нее кровь и залечил раны.