В Симфонии началась всеобщая война.
Да, они опоздали! Курьез, конечно. Опоздать на объявление войны. Хотя Вард ничего смешного в этом не видел. Ругался он как самый настоящий солдафон, впопыхах одеваясь. Вроде бы и заснули не так уж и поздно. Бывало и позже. Только в замке или «королевском дворе» специально наученные слуги будили своих сюзеренов. А вчера Вард почему-то решил проводить ее.
Захотелось ему прогуляться на природе. Но дальше лекарни они не ушли. Магда знала, что виновата. Это она затащила Варда в небольшой дом на окраине селения. После страсти спалось им как никогда сладко, будто впрок отсылались, предчувствуя тяготы войны.
А вот пробуждение вышло бурным и суматошным. Если быть честными, то их разбудила Тори, которая громко царапала дверь. Вард понял, что они проспали, как только выглянул в окно.
Пока одевался поднял в воздух травы, свитки, разбросанную одежду, а так же мусор и пыль, потеряв на мгновения контроль над магией. Ловить одежду в воздухе, конечно, весело, но не тогда, когда опаздываешь на объявление войны. А лекарня теперь и вовсе выглядела будто после погрома.
Взяв себя в руки, Вард все же остановил смерч и они оделись, извлекая рубашки, туники и брюки из общего переплетенного кома.
Тори уже ждала их у открытого портала и порыкивала, подгоняя. А еще насмешливо щурилась. Магда понимала, что вряд ли животное на такое способно, однако Тори иногда выражала свои эмоции так явно, что ошибиться было невозможно.
Они вылетели к озеру Мрака, растрепанные в помятой и местами порванной из-за утреннего смерча одежде. Магде было плевать на свой авторитет. В домене ее приняли. Она успела добиться уважения вассалов и лордов. Домерк знал на что она способна, поэтому в ответ на его усмешку только скривилась и едва удержалась от желания показать неприличный жест. Все же вовремя вспомнила, что больше не наемница и ей следовало бы соответствовать статусу магистра. О чем ей сейчас и выговаривал Корвин.
Все же капитан иларов невероятно дерзок. Надо показать ему на тренировке, кто здесь магистр. Хотя мужчина хорошо исполнял свои обязанности, а она иногда заслуживала выволочки, исчезая без ведома главного телохранителя. Вот и пробивало иногда мужика. Бесился, что не может уследить за своим магистром. Но выражал свое недовольство тихо, чтоб не слышали остальные.
Вот и пришел момент объявления войны. На самом деле формальность. Всю зиму домены обменивались угрозами и нотами протеста. Разрывались торговые договора, рушились дипломатические связи. Процесс закономерно закончился у Озера Мрака.
Когда последние слова были сказаны и последний меч вошел в ритуальный камень, образовывая с другими идеально ровный ромб, луч света отразился от клинка Долины водопадов и, искривляясь, пробежал по оставшимся, замыкая круг. Из земли между мечами вдруг взметнулся в небо столб огня.
Магистры в ужасе отшатнулись и отступили на пару шагов, не понимая природы пламени. А Магда осталась стоять на месте, не в силах пошевелиться. Видгарская магия вырывалась на волю, ей стало мало места в человеческом теле, вернее им двоим мало.
Магия медленно подбиралась к сознанию, пытаясь захватить власть, превратить хозяйку в идеальное орудие убийства, уничтожить и срубить под корень все человеческие чувства. Магде нравилось ощущать себя всемогущей, непобедимой, единой с этим пламенем.
Она не могла больше смотреть. Огонь танцевал перед ней и звал в свои объятия. Тори жалобно заскулила рядом, уцепилась зубами за полу плаща и настойчиво потянула назад. Но Магда даже не обратила внимания на попытку любимицы помешать.
Ей это нужно! Просто необходимо почувствовать всю силу войны и тогда они все узнают истинное лицо видгара. Сильного, непобедимого, великого… До полного могущества и единения с магией всего один шаг — ей нужно стать в этот столб огня великой войны. Магда занесла ногу, собираясь ступить в пламя.
Но почему-то оказалась на земле, чьи-то сильные руки удерживали её за плечи и не давали подняться. Магда попыталась сбросить стальные объятия, вытащить мечи и убить обидчика. Но сильная пощечина на мгновение привела её в чувство, она непонимающе уставилась на бледное как мел лицо магистра Марка.
— Ты не должна этого делать, — с ужасом зашептал он. — Приди в себя!
— Чего? — застонала она в ответ.
Попыталась встать, но цепкие ветви терна крепко привязали к земле.
Столб света между четырьмя мечами войны по-прежнему манил и звал к себе. Слова Марка с трудом пробивались к затуманенному мозгу.