Ферфакс не помнил, что с ним произошло. Удивленно осмотрелся вокруг, не понимая, как оказался здесь. Его руки до сих пор сжимали рукоять меча, а он сам сидел на чьем-то теле. Он посмотрел на лицо сраженного им и в ужасе отшатнулся, взглянув в пустые, безжизненные глаза и обожженное лицо единственного любимого племянника. Да как же это возможно? Как он мог убить этого прекрасного мальчика, сына любимой сестры, пусть даже наполовину симфа?
Он всё понял, когда увидел, что творится вокруг, как живой огонь уничтожает все на своем пути и сжигает тела его подданных, как они, исчерпав резервы своей магии, превращаются в горстку пепла.
Появившиеся в воздухе хилфлайгоны, сложив крылья, камнем падали на землю, пытаясь воздушной магией сбить пламя, но пожар только разгорался сильнее, подпитываемый воздушной стихией. Над полем боя не затихал вой и плач двух погибающих рас.
Жертвуя собой, хилфлайгоны подхватывали, превратившихся в факел видгаров. Воздушные смерчи поднимали их высоко в воздух. Но магия целителей неба, которая всегда усмиряла гнев видгаров, не спасла его народ на этот раз. В ужасе Ферфакс наблюдал за тем, как один за другим в небе вспыхивают крылья хилфлайгонов, как, не выпуская из объятий сгустки пламени, оставшиеся от его народа, они огненными метеоритами устремляются к земле, оставляя после себя кратера, на дне которых среди пепла сверкает алмазная пыль.
Крики боли, отчаяния, безумия слились в единый невообразимый шум. Казалось стонет и плачет сама земля, принимая дар от сгоревших заживо видгаров и хилфлайгонов. Войско людей не движется с места, завороженное и ошеломленное картиной гибели двух древних рас. А во главе он — Багровый повелитель, поднявший высоко в воздух абсолютно черный меч с сияющим в рукояти красным камнем, сводящим с ума, убирающим контроль разума над магией.
Не выдержав, в бой вступили симфы. Последние маги отражения. Слаженной шеренгой синеволосые воины выступили вперед, складывая руки у груди и резко устремляя их вперед. Сияющий барьер растянулся перед ними, надвигаясь на видгаров. Он сбивал пламя, возвращал разум. Но магов отражения слишком мало. Багровый повелитель поднял абсолютно черный меч и барьер лопнул, как мыльный пузырь. А обезумевшие видгары, рыча и вспыхивая, устремились к своим спасителям.
Боги! Что он наделал? Почему не послушал Карланта? Из груди Ферфакса вырвался долгий протяжный стон: он во всем виноват, он погубил две расы и сейчас погубит третью. Ровад погиб от руки своего дяди, а воины-видгары убивают собственных друзей и союзников.
Аура короля была необратимо нарушена сиянием абсолютно черного меча. Огонь на мгновение затих, сбитый предсмертной атакой Ровада, но Ферфакс чувствовал, что очень скоро потеряет контроль.
Он бессильно зарыдал. Нет! Этого не случится никогда! Он король! Видгары беспрекословно подчиняются своему повелителю. Ферфакс поднялся на ноги. Его руки уже горели, огонь подбирался к сердцу, но смиряя собственную магию, не замечая открывшихся ран и текущей крови, он мысленно воззвал к своему народу, призывая, приказывая вернуться к нему, ломая волю по праву сильнейшего, по праву короля.
Обезумевшее войско, оставшихся в живых видгаров, рычало, выло, но покорялось воле своего господина и повелителя.
Король видгаров знал, что остановить непобедимых может только одно. Каждый видгар по его приказу занял заданное ему место, формируя очертание руны.
— Прости меня, друг! — простонал Ферфакс из последних сил и поле боя огласил его предсмертный крик. — Хагалаз!
Руна, сформированная пылающими телами живых, но обезумевших видгаров, взорвалась, разметав древний и могущественный народ. От взрывной волны, пронесшейся над Симфонией, повалились ближайшие деревья, не устояли на ногах ни люди, ни симфы. Земля пластами поднялась в воздух и провалилась глубокой обугленной воронкой. Раса видгаров на веки развеялась алмазной пылью.
Король Карлант, как и другие маги отражения устоял на ногах. Слезы текли по лицу старого симфа. Но он ничего не мог поделать.
— Ты ни в чем не виноват, друг, это всё моя вина и только моя! — бормотал Карлант.
Слезы катились из глаз короля симфов. Все вокруг горело. За мгновение вся многочисленная, агрессивная, непобедимая раса видгаров превратилась в пепел и алмазную пыль, вместе с ними в пепел превращались деревья, трава и сама земля.