От воспоминаний о Марке заныло в груди. Магда привыкла к безалаберному на вид магистру Речного источника. Молодой фив отвоевал себе значительную территорию в ее сердце и не спешил покидать укромный уголок. Чувствовала себя виноватой в случившемся. Марк защищал ее и подставился. И Магда просто обязана вытащить его из неизмеримого.
Погрузившись в свои мысли, не заметила, что перестала жевать. Вард настойчивей подсунул ей тарелку.
— «Королевский двор» потерял треть убитыми, — начала она, но Вард прервал ее.
Недовольно буркнул:
— У нас ужин, а не военный совет. Ешь, сказал. Завтра обо всем поговорим.
Ему не хотелось перечить. Это по началу что-то взбрыкивало внутри, сопротивлялось его командирским замашкам, но Вард настаивал на своем только, когда заботился или защищал, поэтому Магда подчинялась.
Когда тарелка опустела, она поднялась. Сыто потянулась и подошла к лохани с водой. Расстегнула кожаный ремень, на котором крепились ножны с мечами. От кольчуги и остатков доспехов Магда избавилась сразу после боя. Как и от побывавшей в бою и превратившейся в лохмотья одежды.
Вард вдруг поднялся и подошел ближе. Его руки осторожно коснулись плеч и, ухватившись за ткань, медленно стянули с девушки тунику. Магда вопросительно подняла бровь. Лекарь не пытался ее обнять или поцеловать.
— Я и сама могу раздеться, — с лукавой усмешкой заметила она.
— Боюсь, что нет, — фыркнул он, покачав головой и стягивая с нее через голову нижнюю рубашку.
Когда его пальцы потянули вниз штаны, по обнаженному телу Магды пробежали мурашки. Она закусила губу, представив себе продолжение. Осторожно коснулась его плеч, желая прижаться к мужскому телу, но Вард отстранил ее, обхватив руками талию.
— Вода остынет, — буркнул он, подхватил на руки и осторожно опустил в теплую воду.
Молча взял мочалку и принялся ее намыливать.
— Я сама могу помыться, — пискнула она.
— Боги! Магда, сиди спокойно. Дай мне переключиться. До Бездны хреново!
Услышав его надломленный голос, девушка замолчала и позволила себя помыть. Его ласковые пальцы намочили волосы, вспенили ароматное мыло и массирующими движениями втирали в голову. Магда едва не мурлыкала, наслаждаясь его действиями. Никогда не думала, что может быть так приятно, когда кто-то перебирает волосы, промывая их в теплой воде.
Но когда руки Варда перешли к телу, Магда испытала совсем другие эмоции. По началу Вард явно не думал о близости. Осторожно, но сильно тер мочалкой нежную кожу, смывая кровь и грязь, но постепенно его движения становились медленней, а дыхание тяжелее. Мочалка в пене прошлась по груди, медленно скользнула вниз по животу и между чуть раскрытых бедер. Магда выгнулась и закусила губу. Вард шумно выдохнул и повторил тот же маршрут, двигаясь от чувствительного места внизу живота назад к груди. Магда тихо застонала. На щеках появился легкий румянец.
Вард уронил мочалку в воду. Теперь уже его ласковые руки обхватили соблазнительно поднимающуюся над водой грудь, натирая пальцами чувствительные вершины. Магда от удовольствия и пронзившего тела желания покусывала губы и блаженно прикрывала глаза. А когда его рука скрылась под водой и в ласке прошлась по внутренней части бедра, девушка застонала.
— Бездна! — хрипло пробормотал Вард.
Его сильные руки подхватили девушку на руки, выдергивая из лохани. Не обращая внимания на стекающую с нее воду мужчина понес свой улов к походной кровати, на ходу находя губы и обжигая поцелуем.
Если Магда и почувствовала холодный ветерок на мокрой после купания коже, то быстро о нем забыла. Вард распалял в ней огонь, заставляя забывать о пережитом сегодня. Может со стороны казалось, что она бесчувственная и привыкшая ко всему. Но и ее после боя посещали во снах убитые с раскрытыми и безжизненными глазами. Благодаря лекарю все ужасы войны отступили.
Вард спешил. Сегодня не было необходимости в долгих ласках, их тела стремились друг к другу. Как только Вард разделся и накрыл своим телом, Магда обхватила его ногами, не желая больше ждать. Мужчина и не собирался медлить, поспешил сделать своей, вызывая глубокий стон.
Магда потерялась чувственном море удовольствия. Забыла обо всем кроме страсти и его движений внутри. И их магии впервые за долгое время слились, усиливая экстаз любовников.
В этом мире не действовали привычные законы. Верх и низ постоянно менялись местами. Деревья росли корнями вверх, а животные прыгали по облакам. Птицы рассекали крыльями землю. И сама почва регулярно меняла цвет от молочно-белого до кислотно-фиолетового.