Врач: А вот этого, больной, вам знать не надо. Это врачебная тайна.
Больной: Вы что, меня за дурака тут держите?
Врач: Кстати, надо проверить. Бывают, девочки, случаи, когда перед смертью больные – того, с ума соскакивают. Ну-ка, батенька, покажите язык!
Больной: Я вам всё покажу, если объясните, в чём дело!
Практикантка: Фи! Псих какой-то…
Врач: (оживляется) Я как чувствовал! Быстро язык!
Больной: Да ради бога!
Врач: Дальше высовывайте! На всю катушку!
Больной: Да пожалуйста!
Врач: Теперь, девочки, подумайте: может у нормального человека язык свисать до пола?
Больной: Ой, что-то мне нехорошо…
Врач: Вот это другое дело! Девочки, приготовились! Как он с такими анализами ещё разговаривает?! Я вообще удивляюсь.
Практикантка: (врачу) А вот интересно, жена у покойного была красивая?
Больной: (страшным голосом) Что с ней?
Врач: А ну, на место! Одной ногой, где ему положено, а туда же… Так я всего-навсего хотел узнать: в состоянии ли ваша жена выйти замуж в ближайшие дни после поминок. Лично я в этом не сомневаюсь. Успокойтесь.
Больной: (слабым голосом) Сестра-а!
Врач: (смотрит на часы) Как? Уже и родственники собираются?
Практикантка: Нет. Он, наверное, дежурную сестру зовёт. Хотя сейчас уже непонятно.
Врач: Интересно, где я ему возьму дежурную сестру? Она вторые сутки в пятой палате торчит. Позавчера поставила там одному клизму и теперь не может выдернуть.
Больной: Послушайте, доктор, может вы меня с кем-то спутали?
Врач: Вы больной Петров?
Больной: Так точно! Грипп у меня!
Врач: Мы можем ошибаться в пустяках. Диагноз, бывает, не тот нарисуем… Таблетки вон медсестра одному желудочнику случайно дала свои, противозачаточные. Ничего, две недели пил как миленький. За счёт больницы и похоронили. Но чтобы главное – фамилию перепутать – такого у нас не бывает.
Больной: Значит, всё-таки, диагноз перепутали. Вы проверьте!
Врач: Чепуха! Диагноз вообще никакого значения не имеет. У вас лечащий врач Сидоров?
Больной: Сидоров.
Врач: От него никто ещё живым не уходил!
Больной: Караул! (Вскакивает, вышибает лбом раму и выпрыгивает с третьего этажа).
Врач: (смотрит в окно) Приземлился. Всё, девочки, порядок. Быстро вниз, на носилки его и к нам в отделение! Одного не пойму: и чего их всех сюда, в инфекционное, как магнитом тянет?
У нас, в травматологии и телевизор цветной и мясо в котлеты по субботам всегда суём. А вот как кризис навалился, то и зарплату работягам стали реже давать. Так они, сволочи, меньше пить стали, кости себе не ломают! И теперь в травматологии больных почти нет. И план по койко-дням горит. Чтоб он вообще пропал!
Стихия
- Ты, Вася, пиши: «Когда над складом пронеслась буря, шестибалльный ветер сорвал крышу, и смерч выхватил из помещения 30 (тридцать) банок краски белой (слоновая кость), 50 (пятьдесят) бутылок олифы, 40 (сорок) листов шифера…» Написал?
- Оно-то, что, написать, Дмитрий Иваныч… Написать-то вроде бы легко… Только бури ведь не было. Или была?
- Была, Вася. Маленькая буря была. Несчастье-то какое. Прямо над складом пролетела, как нарочно. Так и пиши…
- Оно-то что, написать… Только ведь не поверят. Крыша-то, вот она – на складе, как и была. Ни царапинки на ней… Не поверят про крышу, я так думаю…
- Заминка тут, ей-богу… Не слогарифмировал я, значит. Ну, да бог с ней, с крышей. Ты, Вася, вот как пиши: «Когда над складом пронеслась буря, шестибалльный ветер распахнул окно склада и вынес оттуда тридцать банок краски белой (слоновая кость), пятьдесят бутылок олифы, сорок листов шифера…» Усёк?
- С окнами,Дмитрий Иваныч, оно, конечно, получше. Надёжнее, вроде. Только и тут, понимаете, конфуз. Решётки на окнах слишком крепкие, бомбой не взорвёшь… Вот и думаю: не поверят и про окна. А?
- Да, я тут будто бы маху дал… Дёрнул чёрт эти решётки вешать. Ну, не расстраивайся, Вася. Ты пиши так: «Когда буря пронеслась над складом, шестибалльный ветер со страшной силой рванул замок, взломал его и унёс…» Вник?
- Чего ж не вникнуть, Дмитрий Иванович. Оно даже очень запросто – вникнуть. Только вот думаю я, а не лучше ли сюда и маленькое наводнение привязать. Было ли наводнение, или, может, ошибаюсь я?
-А ведь и верно, Васенька. Вспомнил, как сейчас вижу: шестибалльный ветер срывает замок, в склад врывается вода и начисто смывает тридцать банок краски белой (слоновая кость), пятьдесят бутылок олифы, сорок лисов шифера… Разбушевалась стихия!
- А ещё, Дмитрий Иванович, если помните, сразу же и приключился набег диких животных – слонов, медведей и прочих зверей… Бегут, зубами клацают, и все – в склад. Спёрли кто что мог. Кто рубероид, кто нитроэмаль, а этот, с рогами, так прямо вязанку плитки облицовочной! -Значит, старею я, Вася, коли позабыл. А такое ведь не забывается. Страшное было зрелище, до сих пор вздрагиваю.