Конец
Его ведь даже привлекли поначалу только на 10 суток за мелкое хулиганство: больше пока предъявить ему было нечего. Но в дело уже вступили профессионалы. Начали с изнасилования, совершённого 30 марта. Девушка, назовём её Ниной, сопротивлялась, ударила Девятьярова каблуком-шпилькой по голове. И это оказалось первым совпадением в череде ещё огромного количества опознаний, очных ставок, выездов на места преступлений. Нашли в сарае и зимнее пальто без пояса. С каждым днём картина становилась всё более ясной. В дело подключили психиатров, и те признали его вменяемым. Но, конечно, здоровым этот человек не был. Нездоровье и вменяемость – вещи разные. Был ли вменяемым Чикатило, скрупулёзно готовивший свои преступления? Да. А был ли он здоров? Конечно, нет. Естественно, врачи могли признать нездоровье Девятьярова и сохранить ему тем самым жизнь. Но ведь вы наверняка помните историю нашего людоеда Джумагалиева, который сбежал из закрытой психиатрической лечебницы. И где он сейчас? Кого жуёт на просторах нашей необъятной родины? Здесь закон человеческий вступает в противоречие с Законом с большой буквы. И если врачи рассудили чисто по-человечески – не нам их судить. Всего с 16 июля 1967 года Девятьяровым было совершено 31 (доказанное) нападение. Из них 21 изнасилование, 3 смерти и девять покушений на изнасилование. Двенадцать девушек были несовершеннолетними. 29 августа 1968 года Верховный суд Казахской ССР под председательством Председателя Верховного суда КазССР Джусупова по совокупности статей назначил Девятьярову высшую меру наказания – расстрел. И ещё выдержка из документа: «Для взыскания за судебные издержки в сумме 578 руб. 75 коп. в доход государства по описи передаются 12 вещей В.Девятьярова для реализации через комиссионные магазины». Директор комиссионки, слава богу, признал их непригодными и они были сожжены. А на станцию Скорой помощи вернули «жгут плотной ткани», только стал он на 80 сантиметров короче…
Благодарим Центральный Республиканский архив РК за помощь в подготовке материала.
Станислав Малозёмов,
Елена Малозёмова
Дело об исчезновении диктора
Это была самая длинная зимняя ночь в году, самая длинная и самая страшная в жизни Адиля. Он долго сидел в другой комнате в тупом оцепенении. Ближе к утру стали появляться мысли. Но думать мешали все еще стоявшие в ушах оскорбительные крики жены. От них нужно было избавиться, как и от тела Галии. Да, уже неживого тела. Он понял, что убил ее, как только пришел в себя. И вот теперь нужно было что-то делать...
Из заявления А.Лукпанова в РОВД Октябрьского района г.Алма-Аты:
“23.12.82 г. я ушел на работу в 7.00. Жена спала. Мы договорились, что она пойдет в районо насчет детского сада. После пойдет искать мне костюм и если найдет, то позвонит. Но не позвонила и домой не пришла”.
Он рассказывал, что они с Галией женаты уже пять лет, у них двое детей, которые находятся в Кзыл-Орде, у родителей жены. Они вынуждены были отправить туда малышей, потому что в новом микрорайоне “Дария” (сейчас “Айнабулак”) детский сад еще не построили. Из заявления А.Лукпанова: “У меня начиналась простуда, поэтому я отпросился домой пораньше. Дома был в 17.00. Попил чай и лег спать. Я не знал, что ее на работе не было. В 21.30 я выскочил на улицу встречать свою жену, стоял на остановке, ходил туда-сюда. Стал звонить из телефона-автомата к ней на работу, но не дозвонился. Я решил, что она у своей подруги по работе в микрорайоне “Аксай”. Там телефона нет. 24.12.82. я позвонил жене на работу. Мне ответили, что вчера ее на работе не было. После этого стал обзванивать все больницы и знакомых”. На работе тоже были удивлены отсутствием Галии. Раньше она всегда предупреждала, если не могла по какой-то причине выйти в эфир. Ждали до последнего, и за десять минут до эфира ее заменил руководитель дикторской группы. Естественно, первой и главной версией следователей была версия ссоры между супругами, закончившейся убийством. Но в квартире было убрано и крови не нашли даже при помощи ультрафиолетового осветителя. Проверили машину ЕрАЗ-762, принадлежащую НПО “Казсельхозмеханизация”, которой иногда пользовался Лукпанов, работавший там старшим инженером. С тем же успехом. Были опрошены все соседи Лукпановых. Но дом был заселен всего полгода назад, и люди еще плохо знали друг друга. А шума никто не слышал. 27 декабря были разосланы ориентировки по поиску пропавшей без вести Г.Лукпановой во все РОВД города, областную и городскую ГАИ, пограничные части и отделы гражданской обороны. Везде результат был отрицательным: ни в какие аварии Галия не попадала, из республики не уезжала, по милицейским сводкам не проходила. Из заявления А.Лукпанова: “Жена была одета в японский цветастый платок с блестками, дубленку коричневую, размер 46, розовый шерстяной костюм, зимние сапоги. На шее была золотая цепочка с кулоном (полумесяц со звездой)”. И тут стали выясняться некоторые подробности жизни Галии. Оказывается, она все время пользовалась услугами ломбарда и бесконечно закладывала и перезакладывала свои немногочисленные драгоценности. При ее зарплате в 160 рублей и зарплате мужа 130 ей хронически не хватало денег. Работа диктора требовала от Галии всегда хорошо выглядеть. И если с лицом у нее все было в порядке, то с нарядами была проблема. Ну никак не получалось выкроить из небольших зарплат деньги на частую смену туалетов. Они долго жили на разных съемных квартирах, приходилось бесконечно переезжать: хозяевам не слишком нравился шум, поднимаемый двумя маленькими детьми. Адиль специально не уходил с низкооплачиваемой работы: ему пообещали в скором времени выделить квартиру. Весной они въехали в новый дом. И опять проблемы: трехкомнатную квартиру надо обставлять, а дети растут и требуют все больше внимания и денег. Галия уставала и сильно нервничала, а ей надо хорошо выглядеть, потому что она “всегда на виду”.