Борис Васильевич оторопел и застыл в неудобной позе. Наклонившись в сторону подпольной сделки и приоткрыл рот от унизительного факта разочарования в советской торговле.
- Смотри-ка, она даже не стесняется. Вроде так и надо. А простой человек лбом бьётся, но Достоевского, скажем, найти не может. Да что Достоевского!
«Новые правила бухучета и счетоводческих операций» где взять? Надо, а нет нигде. Всё, надо полагать, в подсобках и под прилавками. Ладно…
Он секунду подумал, потом подошел и отсёк своим чистоотмытым
телом продавщицу от очкарика.
-Ну! - воскликнул он тихо и приторно. - Здравствуйте, добрый всем денёк!
- Здрассте! - моментально ответила продавщица, не успев изменить
приятельскую улыбку на служебную.
Борис Васильевич легонько поморщился. Чуть-чуть, чтобы только понятно было, что вот эти подприлавочные фокусы сто раз он уже видел и воротит его от них как гражданина и нравственного человека.
- Для себя, конечно, оставляли? Последние? А что было - всему городу распродали! - он аккуратно постучал по «дипломату» согнутым пальцем. - А то я гляжу - на полках нет, под прилавком навалом. Вот думаю, к заведующему, что ли, сходить? Так на кой он мне, заведующий ваш? Хорошая книга, она же лучше самого лучшего заведующего. Или я путаю чего?
Продавщица смущалась, прикрыв ладонью рот. А очкарик вскинул «дипломат» на колено. Щелкнул кнопочками и достал эту книжку с золоченым названием. Он как-то заинтересованно и странно посмотрел на Прохорова Бориса Васильевича и подал ему книгу.
- Если Вам срочно надо – возьмите, - сказал он так удивленно, будто Борис Васильевич был собакой, которую научили говорить и читать.
- Это «Поэтика древнеславянской литературы и устных сказаний», - произнес он с такой интонацией, с которой малого ребёнка знакомят в зоопарке с неведомым ранее павианом.
-А я, молодой человек, не из пустыни, не из безлюдной Сахары сюда забрёл, - съехидничал Борис Васильевич с удовольствием, но не глядя на книгу. - Сам вижу, что это не «Справочник электромонтажных работ. Их вон сколько всяких похожих. Половина магазина. А потому и интересуюсь, что «Поэтика». На что мне справочник?
Парень посмотрел на продавщицу жалостливо и сунул книжку обратно в «дипломат».
- Ладно, Катюха, пойду я. Два семинара в понедельник. Надо вникнуть в сказания древние. Дернул чёрт на филолога учиться. Лучше диплом зоотехника иметь. Зарабатывают они - я те дам!
Прохоров Борис Васильевич вывел его взглядом за двери, повернулся к продавщице Катюхе.
- Ну, так что, девушка? Пусто, небось, под прилавком. Последнюю выгребли?
Она, против ожидания, не стала выкручиваться а присела и поднялась точно с такой же книжкой в руке.
- Вот, - вздохнула она. - Это всё. Только я девочке из пединститута обещала оставить. Она просила очень. Экзамен у них по этой теме. Сегодня обещала выкупить.
- Э-эх! - Борис Васильевич взялся пальцами за виски и глядел на юную продавщицу серьёзно, тяжело глядел. - Тогда я совсем извиняюсь. Тогда, я так понимаю, мне не с вами надо сейчас говорить. А с заведующим. Вы не решаете вопроса. Этого вы не можете. А искусственно создавать на ровном месте дефицит, с которым вся страна борется, это - да! Это вы исполняете виртуозно. Как по нотам. Ладно, порешаем вопрос с руководством. Нет у вас возражений? Где тут оно прячется от трудового народа?
- Тьфу-ты! - вырвалось у Катюхи, но с голосом она справилась, с эмоциями тоже. И она стала говорить медленно и спокойно. – Понимаете, товарищ, я , конечно, сейчас могу эту книгу вам продать. Но вы мне скажите честно - она вам просто позарез необходима? Книга, знаете, специфическая. Особенности художественных систем первых семи веков славянского литературного творчества…Стилистическая симметрия, метафоры, идиоматика. художественное пространство. Я для филологов откладывала, для студентов. Им без этой книжки экзамен завалить - почти сто процентов.
Борис Васильевич дослушал из вежливости и пошел искать заведующего магазином. Он поймал спешащую навстречу продавщицу и на ходу спросил.
- А где, голубка, у вас старшой отсиживается?
- А вот же кабинетик её. Идёмте. Вы же по делу?
- У меня на безделье ни времени нет, ни сил. Дела, дела, только дела!
За столом сидела неприметная женщина в серой вязаной кофточке, слюнявила палец и переворачивала какие-то талоны.
Борис Васильевич сунул два пальца в нагрудный карман, где солидные мужчины содержат удостоверения их высоких чинов, и два раза деловито кашлянул.
Старшая подняла голову и вопросительно сощурилась.
Я не надолго, - сказал он спокойным уверенным баритоном, на который долго настраивался. Пальцев из кармана не вынимал будто размышлял - доставать удостоверение или не стоит мелькать им по пустякам. - Насчёт книги я. Простой вопрос. Её вроде и нет нигде, а она есть. Сами догадываетесь, где её держат. Народу не найти. Но если вам сложно, т о я могу и через управление торговли. Но суббота сегодня. Отдыхает управление. Да мне, собственно, и не хочется их по пустякам тревожить. Из- за одной-то книжки.