— Спасибо. — Она двигается, как испуганный кролик, садясь на самый край сиденья. Я не уверен, что слышал от нее хоть одно слово за весь семестр, которое не было бы прямым ответом на вопрос, до тех пор, пока два дня назад доктор Грин не включил ее в нашу группу. Хотя она умна. Наш профессор всегда обращается к ней, когда никто не знает ответа.
Она очень милая. То, что она делает застенчиво и тихо — это целая атмосфера.
Мой приятель тоже этим увлекается. Я могу сказать. Они идеально подходят друг другу: Барби и Кен, умные интроверты. Лиам хороший парень, на самом деле лучший. Если кто и может заставить ее чувствовать себя непринужденно, так это он. Вероятно, поэтому доктор Грин посадил ее за наш стол.
— Как нам разбить работу? — спрашивает она, наклоняясь вперед и читая лабораторный материал. Ее ногти окрашены в яркий огненно-красный цвет. Это заставляет меня улыбаться. Они намного смелее, чем все остальное в ней.
— Сегодня только ты и я, — говорит Лиам и наклоняет голову ко мне. — Джордану нужно закончить работу. Это нормально?
Ее взгляд на мгновение скользит по мне, не встречаясь с моим, прежде чем она снова застенчиво улыбается Лиаму. — Идеально.
Как и планировалось, я приступаю к работе, пока они вдвоем работают в лаборатории. Я украдкой смотрю на них, прижавшихся друг к другу, улыбающихся и смеющихся, как будто физика — это чертовски крутой взрыв. Ее щеки покраснели от румянца, и она смотрит на Лиама так, будто он — чертова луна и звезды.
Я заканчиваю три страницы и перечитываю их еще раз, чтобы проверить наличие ошибок, когда они заканчивают лабораторную работу.
— Сделал? — спрашивает меня Лиам, пока они убирают лабораторные принадлежности.
— Ага. Мне просто нужно заключительное предложение, чтобы подвести итог.
— О чем статья? — Голос Дейзи почти сливается с шумом класса. Она такая тихая, но сегодня она говорит немного больше.
— Тайм-менеджмент. — Лиам фыркает, отвечая за меня. Ладно, это довольно забавно. Тем не менее, я смотрю на него.
— Тебе нужно было написать работу по тайм-менеджменту? Для какого класса?
— Техническое письмо. Это советы и рекомендации, что-то в этом роде. Мы черпали из шапки темы.
Она медленно кивает. — Может быть, тебе следует закончить рассказ поучительной историей о том, что происходит, когда вы плохо распределяете время и вам приходится выполнять задания во время других занятий.
Лиам тихо посмеивается. Блин, эта девушка меня подкалывает?
— Может быть, я вчера болел или был на похоронах.
— А ты был?
Я смеюсь и улыбаюсь ей. — Нет.
Мы втроем собираемся, чтобы уйти. Лиаму приходится тащиться через весь кампус, чтобы встретиться со своим научным руководителем, но я не тороплюсь и ухожу с Дейзи. Даже то, как она движется, нежно и непритязательно. Она косо смотрит на меня, когда я иду рядом с ней.
— Спасибо за сегодня. Мне жаль, что тебе пришлось компенсировать мои слабости.
Она смотрит на меня внимательно, как будто не уверена, говорю я искренне или нет. Я даже не знаю, почему извиняюсь. Они все равно закончили раньше, даже без моей помощи.
Я получаю от нее краткий кивок, и она делает еще один неуверенный шаг по коридору.
— Ты придешь на игру завтра вечером?
— Ох, ммм… — У нее есть привычка заправлять волосы за правое ухо, и сейчас она делает это снова. — Я не уверена.
— Типо ты такая большая фанатка хоккея? — Я дразню.
Она снова краснеет, но ничего не говорит.
Мы подходим к внешней двери, и я держу ее открытой для нее. Ветер развевает ее длинные волосы вокруг головы, посылая пряди и их фруктовый запах мне в лицо.
Она смотрит через плечо, загоняя свои дикие волосы.
— Я иду туда. — Я тычу большим пальцем в противоположную сторону, в сторону моего класса по техническому письму. — Ты идешь в другой класс?
— Нет, на сегодня я закончила.
— Ты в общежитии?
Она колеблется, словно не понимает, почему я задаю так много вопросов. Я тоже, но я нахожу ее очаровательной. — Нет, я живу за пределами кампуса.
— Хм.
Она вопросительно смотрит на меня. Я с трудом могу сказать ей, что нахожу это удивительным, хотя и так.
— Тебе не следует тратить так много времени на общение между занятиями.
— Что это значит? — Теперь моя очередь путаться.
Призрак улыбки скользит по ее розовым губам. — Это еще один лучший совет по тайм-менеджменту.
4
ДЖОРДАН
— Я думал, вы двое забыли. — Гэвин бросает мне пачку материала. — Новые рубашки.
— Извини. Тренер снова задержал нас допоздна. — Лиам ставит туфли для боулинга на пол и садится. — Нас сегодня только трое?
Гэвин кивает. — Дженкинс провел учебную сессию.
Я протягиваю Лиаму рубашку и держу перед собой свою, затем бросаю ее и смотрю на Гэвина. — Удачный выстрел?
Он встает и берет свой синий шар для боулинга. — В этом году мы не сможем снова стать командой «Синие шары».
— Почему нет? — спрашиваю я и надеваю поверх футболки черную рубашку «Диккис» с названием нашей новой команды спереди. — Это забавно.
— На самом деле это не так уж и забавно, — говорит Лиам.
Я передаю ему сигнал, когда он подходит к компьютеру.
— Тот же порядок? — спрашивает он, вводя наши имена.
— Звучит неплохо.
Я заржавел из-за того, что не играл несколько месяцев. Мы втроем, а также товарищ Гэвина по команде, Энди Дженкинс, присоединились к первому курсу лиги боулинга, когда Гэвин и Энди жили через коридор, а не в своих милых новых раскопках в Белом доме. Нам было скучно, и мы услышали, что это место никогда не было отмечено за алкоголь. В то время это казалось веским поводом вступить в лигу боулинга. Но два года спустя мы все еще делаем это, даже когда нам всем исполнился двадцать один год, кроме Гэвина.
В конце первой игры мы делаем паузу, чтобы взять кувшин пива и пострелять.
Я вытягиваю ноги перед собой и растираю левый квадрицепс. — Тренер убьет нас, если продолжит руководить нами, как делал это последние две недели.
— Практика все еще так плоха? — спрашивает Гэвин, наполняя наши стаканы. Лиам отмахивается от него в пользу воды.
— Это довольно плохо. Тренер не знает, продолжать ли ему кричать или дать нам самую длинную воодушевляющую речь в мире, — говорю я.
В минувшие выходные мы проиграли еще одну игру. Нет ничего хуже, чем проиграть дома.
— В чем проблема? Неужели новичкам так сложно слиться с остальной командой? — Вопрос Гэвина достаточно невинен, но я чувствую, как моего приятеля охватывает покалывание дискомфорта.
— Я собираюсь подышать воздухом. — Лиам направляется к дверям, не ожидая нашего ответа.
Гэвин ждет, пока он не выйдет за пределы слышимости. — Я сказал что-то не то?
— Неа. Это не ты. Он чувствует давление. — В этом году тренер назначил Лиама капитаном, и с тех пор его игра на льду пошла под откос.
— Это только хоккей или у него есть другие развлечения?
— Типо?
— Я не знаю. Жесткий график занятий?
Я качаю головой. — У него одни пятёрки.
— Новая девушка?
— Нет. — Еще одна встряска.
— Хорошо, — говорит он. — Нет ничего лучше, чем новая девушка, способная заставить парня потерять концентрацию. Поверь мне в этом. Новые девушки — худшее отвлечение. Женщины ослабляют ноги.
— Что? — Я рассмеялся над его последними словами.
— Это от “Рокки” [Прим.: «Рокки» (англ. Rocky) — американский спортивный драматический фильм с Сильвестром Сталлоне в роли боксёра Рокки Бальбоа].
Я продолжаю смотреть на него.
Он подпрыгивает и перепрыгивает с ноги на ногу, нанося удары, как боксер. — Фильм. “Рокки”?
— Ой, я понял с первого раза, но не переставай из-за меня корчить из себя задницу.
Он останавливается и отталкивает меня.