Мужчина провёл меня куда-то вбок, по коридору и вверх по лестнице — на нечто вроде балкончика-лоджии, выходящего в общий зал.
— Тут воздействие минимально, — служка откровенно забавлялся моим опасением. — Хотя вообще-то надо меньше пропаганды смотреть, тартарка.
— Потеряв осторожность, легко потерять жизнь, — пожала плечами я.
— Смотря где, — улыбнулся мужчина и жестом велел соблюдать тишину. Началась служба.
Возможно, какие-то воздействия на лоджию действительно почти не попадали, но и оставшихся вполне хватило для впечатлений. Причём очень сильных.
В зале зазвучала тихая, странная музыка. В ней смешался шум воды и ветра, звуки духовых и струнных инструментов и даже как будто голоса. Изменилось освещение — но почти незаметно. Вроде бы что-то не так, а что — уловить не получается. То ли игра звука и света, то ли что-то ещё, но потихоньку меня охватывало спокойствие. Подозрения и негативные эмоции отступили, и в сердце воцарился мир. Воздействие «службы» лишь очень отдалённо напоминало поле покоя белорунов. Во время и после него не возникало желание соглашаться и подчиняться первому встречному, просто становилось лучше… словно ближе к гармонии с окружающим миром. Приятное ощущение затягивало, но не порабощало. Чуть позже я заметила ещё одну деталь. Голова стала ясной и соображала теперь лучше, чем до процедуры — хотя и до этого на тупость жаловаться не приходилось.
Народ уже разбрёлся по своим делам, а я всё ещё стояла на лоджии, любовалась необычно оформленным залом и наслаждалась отличным самочувствием. Если на других местные «молитвы» действуют хотя бы на треть так же, понимаю, почему на них полный аншлаг. Я бы тоже не отказалась ежедневно приходить в храм, чтобы получить заряд бодрости, оптимизма и хорошего настроения.
— Тартарка, ты в порядке? — отвлёк от размышлений снова подошедший служка.
— Да, — неохотно оторвавшись от изучения росписи на стенах, я повернулась к мужчине. — Спасибо. Это действительно… — замолчала, не зная, как выразить испытанные чувства.
Волшебно? Прекрасно? Возвышенно?.. Каждый термин казался не тем. Слишком слабым и искажающим смысл. Да и вообще появилось ощущение, что миртарцы не так уж и извращают смысл слов. По крайней мере — некоторых. Например, если другие храмы хотя бы частично такие же — то они достойны называться храмами. Действительно могут привести человека в гармонию с верой… и с самим собой.
— Кто может присутствовать на службе?
— Любой. Иностранцам — без ограничений… но не рекомендую даже тебе чаще двух-трёх раз в сутки. Может здоровью повредить, — искоса посмотрев на меня, добавил мужчина. — Своим — в зависимости от многих факторов. Но раз в сутки, хотя бы на облегчённую версию, можно и рекомендовано приходить всем.
— Сейчас была облегчённая?
— Нет, обычная. Теперь легкая будет, потом — стандартная, а после неё — интенсивная.
Поблагодарив, я прошла в другую часть храма — в так называемый читальный зал. Это помещение активно используется студентами, преподавателями и вообще работниками умственного труда. Впрочем, кроме них я заметила несколько человек, судя по всему, не занимающихся, а отдыхающих и просматривающих какие-то фильмы. Но в целом зал предназначался именно для работы.
После службы заниматься было приятней и легче обычного. Впрочем уже через несколько суток я поняла, что дело не только в неком воздействии в главном зале храма. Помещение для занятий само по себе способствовало работе. Причём наблюдалась чёткая зависимость: в своей комнате или на улице учиться сложнее, в университете или на специальном этаже общежития — уже лучше, а в храме — ещё комфортнее. Поискав в сети, поняла, что загадка имеет простой ответ: в некоторых заведениях специально меняли нео-природно-климатические условия, для того, чтобы обеспечить народу возможность полноценно работать и жить, чтобы скомпенсировать недостаток некоторых факторов.
Однако только в храме, в том числе в читальном зале, изменения настолько серьёзные, что практически все приезжие из нашей группы могут находиться там совсем без защиты без вреда, а то и с пользой для организма. Более того, условия для многих, в том числе меня, практически идеальны — благодаря этому обеспечивается такое повышение работоспособности. Даже обидно, что в Тартаре не встречала ничего подобного — а ведь в Бурзыле обстановка пусть подходит лучше, но тоже не оптимальна. Подумав, поинтересовалась на этот счёт у тартарского куратора.