Через Зоргума прошло уже несколько потоков студентов, и он по праву считался самым опасным, жестоким и сильным из присутствующих в Бурзыле мориотарцев. От его рук погибло много учащихся и даже несколько преподавателей. Опасный «юноша» с самого приезда в Тартар игнорировал большинство обычных налогов, зато регулярно оплачивал весьма специфические и дорогостоящие — те, которые позволяли ему охотиться на многих разумных без дополнительной лицензии. Нет, за некие, хотя и очень условные, рамки, Зоргум всё-таки не выходил, но и без этого создавал университету больше проблем, чем все остальные мориотарцы, вместе взятые. Смертельно опасный, но соблюдающий «гуманные» законы Тартара.
И это ещё не всё. Зоргум являлся весьма высокопоставленным представителем своей страны, поэтому университет не осмеливался отказаться от оказанной им «высокой чести» его присутствия. В Мориотаре многие отношения строились на силе и непосредственной угрозе, и, «оскорбив», тартарцы вполне могли нарваться на уничтожение университета или целого квартала. Да, естественно, после вспыхнул бы международный скандал, но ещё одна проблема в том, что властям Мориотара плевать на «такие мелочи».
Даже преподаватели и представители спецслужб, за редким исключением, опасались провоцировать Зоргума. В этом плане резко выделялись вертарцы и древтарцы — представители этих стран, несмотря на то, что вели себя достаточно смело, ни разу не подвергались нападению со стороны мориотарцев. Что самое странное: если у вертарцев, естественно, была взаимная неприязнь со зловредным Зоргумом, то древтарцы держались с ним чуть ли не как приятели и могли позволить себе весьма многое — но их почему-то не трогали.
Фуньянь тоже оказался весьма известен. Он ведёт студентов всего второй раз (после первого сделал большой перерыв), но уже успел проявить себя не только как мыслечтец, но и как специалист широкого профиля, хороший военный и заботливый куратор. Кроме того, в свой прошлый приезд эрхел прославился тем, что трижды умудрился остановить нападение Зоргума — не силой, но метким словом. Естественно, многие радовались приезду смелого древтарца.
А вот Радий и Асс ведут группу впервые, по специальному приглашению: в первую очередь, их позвали с целью сдерживать агрессию Зоргума, а во вторую — помочь с расследованием убийства одного из университетских байлогов-тартарцев. Выходит, вертарцы беспокоятся не на пустом месте? Прецедент-то уже был!
К моему удивлению, выяснилось, что Асс гораздо выше по положению, чем арван, и даже имеет право прямо ему приказывать. Впрочем, обоих древтарцев характеризовали на форуме как очень высокопоставленных и влиятельных, кроме того, их нередко называли странным термином «полубоги».
Поискав информацию, удалось выяснить, что «богами» часто называли лидеров-основателей гигантских государств. До нынешнего времени дожило четверо из пяти (основателя Мориотара убили) и именно детей этих правителей именовали полубогами. Минутку! Если про «бога» Миртара ещё понятно, то остальные трое — химеры, и детей у них не может быть вовсе! Тем более — таких. Приёмные?..
Нет, всё-таки пора вплотную заняться изучением гигантской пятёрки. Впрочем, на предметах больше рассматривается политика, география и экономика, чем некие особенности верховной власти — так что результат остался бы тем же. Считается, что эти нюансы каждый может узнать сам — они есть в открытом доступе. Ещё немного порывшись в сети, поняла, что ларчик открывается просто. У вертарского и тартарского лидеров все существующие дети — приёмные. А вот Маджит, бог Древтара, был неравноценной химерой, причём слабая личность принадлежала байлогу, а сильная — арвану. Неизвестно, что там у байлогов (хотя, судя по найденному в сети, из всех химер с такой составляющей выжил только правитель Древтара), но арванам общий закон не писан — они могут размножаться и в виде химер. Выходит, Асс и Радий — братья? Как минимум, по отцу. Невероятно... ни за что бы не подумала.
Мои размышления прервал Ликрий.
— Отослали задачу специалистам: для тебя будут разрабатывать специальные упражнения, — сообщил он мне. — После тренировок страх немного ослабнет и станет вполне преодолимым, хотя и не уйдёт полностью.
— Спасибо. Ликрий, а ты знаешь, что император Древтара — химера из байлога и арвана?
— Знаю, — кивнул друг и сел рядом. — Именно по этой причине многие арваны не готовы его слушать — по их мнению, он предал свой народ, пошёл на сотрудничество с врагом.
— А ты так не считаешь? — прищурилась я.
Ри улыбнулся и лукаво скрутил волосы в кудри.
— Нет. Я достаточно знаю о Мадрете — том арване, который входит в эту химеру. Он был одним из лучших, смелых и мудрых правителей нашего народа. И принципиальным, непримиримым врагом байлогов. Он никогда не предал бы арванов — скорее бы умер.
— Но если он был таким принципиальным, то как же...
— Сначала дослушай, — попросил друг. — Житень — байлог, который является слабым разумом в Маджите, — тоже был лидером и тоже весьма умным... для байлога. Они жили в одно время, воевали друг с другом и даже заключали перемирия: естественно, каждый со своими целями. Они были знакомы лично... и сгинули оба, примерно в одно и то же время.
— И? — поторопила я, заметив, что Ри задумался.
— Погоди, мы спорим с Ликом — он тоже знает эту историю, — мужчина снова сделал паузу, а потом продолжил: — В общем, Мадрет не пошёл бы на компромисс просто так — а поскольку он являлся лидирующей личностью, от его решения зависело больше, чем от намерений байлога. Если один из наших величайших правителей решил жить... и не просто жить, а попытаться примирить байлогов и арванов, значит, причины для этого более чем серьёзные.
— Вот как, — потянула я и по-новому взглянула на друга. — Ликрий, а ты знал, что Радий — полубог?
— Сначала нет, только то, что в его создании принимал участие Мадрет — его подпись на первом месте. Но уже давно знаю.
— И не сообщил, — с укором сказала я.
— Это не так уж важно. У каждого нормального арвана много детей — и это не повод нервничать при встрече с ними. Да и положение в обществе у нас не так уж сильно зависит от происхождения — это особенность обычных видов, а не высших.
Я покачала головой, даже не пытаясь скрыть улыбку.
— А вот кое-что другое я тебе сейчас скажу, — серьёзно продолжил Ри. — Сегодня я узнал, что после окончания университета меня не выпустят на свободный заработок.
— Что?! — подскочила я.
— Ничего страшного, — поспешил успокоить друг. — Просто если профессию самоубийцы я получить за такое время успею, то в достаточной мере повысить ранг у арванов — нет. Поэтому после обучения уеду с Радием — заканчивать переподготовку. Тебе надо искать другую группу и срабатываться с ней. Наше объединение нецелесообразно: всё равно придётся расстаться.
Кивнув, я тяжело вздохнула. Всё-таки где-то, в глубине души, было приятно думать, что мы и дальше пойдём по жизни вместе. Мы уже привыкли и вполне понимаем друг друга. Теперь же придётся присматривать кого-то другого.
Примерно через неделю мне назначили новый комплекс упражнений. Уже после нескольких дней занятий страх... не ослаб, но стал вполне преодолимым и уже не мешал сосредоточиться на практическом занятии. Какие бы ни стояли перед нами препятствия, надо идти вперёд. Даже несмотря на Зоргума. Ведь, если бы он не выполнял важной роли, тартарцы наверняка придумали бы, как от него отделаться. И пусть на форуме говорят что хотят — я не верю, что он так злодейски диктует свою волю другим.
Ещё немного поколебавшись, я решила обратиться за подтверждением или опровержением к Фуньяню.
— Зоргум жесток, но очень хорош, — лукаво улыбнулся эрхел, отрабатывая какое-то движение перед зеркалом в спортзале. — С выпусками, которые он вёл, практически не было проблем. Кроме того, он второй по силе из ныне работающих в университете самоубийц.
— Ага, я тоже подумала, что какие-то умения запредельные, — согласилась я. — А кто первый?
— Асс, — Фуньянь рассмеялся, заметив мой шок. — Но мы же сейчас не о нем? Вернёмся к теме: тартарские банки готовы поддерживать Зоргума — потому что у его подопечных процент возврата кредита выше обычного.