— А ты не боишься, что мы попадём в неприятности? — мрачно поинтересовался один из студентов, и мы его дружно поддержали. Поведение древтарцев возмутило всех.
— Да ладно вам, — безалаберно махнул рукой Фуньянь. — Если вы даже в нашей мирной стране... даже в этом особо мирном городе устроиться не сможете — то лучше сразу забраковать и на утилизацию, чем ещё деньги на обучение тратить. Вы же тартарцы — то есть по определению должны везде ориентироваться и во всём суметь разобраться. Разве не такой подход является негласным принципом Тартара?
Послав нам воздушный поцелуй, последний куратор тоже скрылся за поворотом. А мы, шокированные неожиданным заданием, некоторое время сидели и смотрели ему вслед.
— Как думаете, это действительно безответственное хулиганство или всё-таки спланированная акция? — с большим сомнением во втором варианте потянула Ирина.
— Это точно согласовано, — откликнулся один из сокурсников. — Иначе бы другие кураторы не посылали к древтарцам.
— А у тех вообще предлагается оставить сообщение — типа, когда-нибудь ответим, — поддержал второй, откладывая свою технику.
— Вместе идти не имеет смысла, — добавил ещё кто-то. — Этот выродок явно намекнул, что от нас ждут индивидуальной работы или разбиения на будущие группы.
— Весёлого нам дня, — вздохнула я, потирая гудящую голову.
— Ну что, тогда идём? — тут же обратилась к нам Ирина. — Или я типа индивидуально должна, потому что у меня другая группа?
— Решай сама, ладно? — простонала тоже не отошедшая от переезда Вира.
— Думаю — индивидуально, — улыбнулся Ликрий. — Кстати, мне тоже лучше не портить остальным тренировку.
— Вообще шикарно и очень по-арвански, — пробурчал Прий, глядя вслед удаляющейся химере.
— Чтобы нам не было слишком легко? — вздохнула я. В том, что Ликрий быстро сможет сориентироваться и устроиться, сомнений не возникало. Но вот такое поведение — бросил и ушёл, даже не поговорив, — возмущало.
— Да ладно, народ, что вы переживаете? — ободрила нас Ирина. — Думаю, вашему ходячему ужастику заранее дали инструкцию отделиться. Вспомните, его кураторы незадолго до приезда вызывали. Ладно, я тоже на вокзал, пока там очередь не выстроилась на проверку.
— И всё равно, по-арвански, — тихо повторил Прий.
Я пожала плечами — хотя слова подруги не смогли полностью избавить от обиды, но тем не менее успокоили.
Часть студентов тоже потянулась в сторону вокзала, а другие решили переждать, пока самочувствие станет получше. И я их понимала — в плохом состоянии легче совершить ошибку. Вира и Прий тоже придерживались аналогичной точки зрения, поэтому мы только оттащили вещи вбок, к стенке, чтобы не попасть под снующую туда-обратно грузовую технику, и устроились отдыхать.
Как и следовало ожидать, первой к нормальному самочувствию вернулась я. И тут же обнаружила неприятный сюрприз: работающая в поезде связь здесь оказалась заблокированной. Кроме экстренных вызовов, к которым почему-то относились и номера наших кураторов. Но интернета нет, а сведений, которые удалось почерпнуть из пройденного курса и при кратком знакомстве с законами Древтара, явно мало для того, чтобы застраховаться от ошибок.
— Могу сходить на разведку и попытаться решить проблему со связью, — предложила я.
Вира с Прием не стали возражать, поэтому уже через несколько минут я не только перешла на пассажирский вокзал, но и отыскала таможню. А вот дальше начались сложности. За столом дремал единственный служащий, который никак не отреагировал на моё появление.
— Ты — работник таможни? — поинтересовалась я.
Гуманоид зевнул, протёр глаза, сладко потянулся и лениво уточнил:
— Студентка? Тартарская?
— Да.
Таможенник снова зевнул.
— Сколько же вас... Нет, я всё, мой рабочий день закончился.
Я с сомнением перечитала расписание таможни, а потом посмотрела на часы в компьютере.
— Ещё больше двух часов до закрытия, — указала мужчине.
Тот удивлённо встал, обошёл стол и тоже перечитал расписание работы. Потом ненадолго задумался, вернулся на место, и набрал какую-то комбинацию. Сбоку от расписания появилось объявление «технический перерыв».
— И вообще, сегодня не моё дежурство, — закончил гуманоид себе под нос и явно собрался уходить.
— Эй, а где тогда регистрироваться? — старательно сдерживая возмущение, окликнула его я.
Мужчина небрежно дёрнул ногой — по обычаям его вида это действие аналогично пожатию плеч — и снова зевнул.
— А это уже не моё дело. К стражам в участок можешь попробовать сходить.
— Подожди, — сделала последнюю попытку я. — Где тут со связью можно проблему решить?
— На таможне, но я уже не работаю. И ещё вон там, — мужчина небрежно махнул рукой, — стоит бесплатный терминал для всяких разных.
— Спасибо, — после некоторых сомнений всё-таки поблагодарила. Даже такой совет лучше, чем никакого.
К счастью, терминал работал и информацию на нём найти удалось. В том числе, выяснить, что вообще-то нами должен заниматься именно работник таможенной службы. Других вариантов не предлагалось. Вот и что теперь делать? Тяжело вздохнула. У неработающей стойки сейчас как раз возмущалось ещё несколько студентов.
Немного поколебавшись, прошлась по вокзалу, интересуясь у всех подозрительных на служащих, как поступить в нашей ситуации. Нормальных ответов никто не дал: одни советовали подождать, пока таможня заработает, другие — наплевать на регистрацию и провести её когда-нибудь потом, а третьи вообще сетовали, что мы иностранные студенты — поэтому нас забирать нельзя. Последнее насторожило, поэтому я прекратила расспросы и вернулась к своим. К этому времени они уже тоже вполне оправились и оказались готовы действовать.
— Нет, я знала, что в Древтаре бардак, — покачала головой Вира. — Но не думала, что настолько.
— Или это для нас специальную встречу организовали, — добавил Прий, задумался, а потом сам опроверг своё предположение: — Нет, для нас такое подстраивать, слишком много чести и сил. Ладно бы ещё только пара человек, но Софья больше десятка опросила.
— Значит так, — сделала вывод подруга, когда мы ещё раз просмотрели добытые сведения. — Карта города у нас есть — это плюс. Законы — тоже есть...
— ...И мы их нарушим, если выйдем с вокзала без посещения таможни, — мрачно заметила я.
— А вот и не факт, — тут же возразил Прий.
— «Все иностранцы обязаны пройти регистрацию прежде, чем покинут условно пограничную зону»... — процитировала я.
— Не сказано, что регистрация должна быть именно на таможне, — оскалился миошан. — Может, вообще достаточно регистрации в какой-нибудь сети или подобной мелочи.
— Слушай, Прий, — я раздражённо посмотрела на друга. — У нас какая цель — нормально устроиться или найти дыры в законе и пойти крутиться?
Миошан смутился.
— С одной стороны — ты права и вряд ли тут используют такие же недомолвки и хитрости, как в Тартаре. Но с другой — что нам остаётся делать?
— Дочитать правила прежде, чем спорить, — рассмеялась Вира. — Я тут пометку интересную нашла. «В случае невозможности по каким-то причинам выполнить пункты...» тут в том числе и нужный указан и сказано, что можно их отложить или исполнить другим образом. То есть, поскольку таможенник сбежал, мы имеем право пройти регистрацию позже или уже не на вокзале.
Внимательно перечитав информацию, убедилась, что подруга права.
— Тогда можно попытаться пойти в милицию и зарегистрироваться там, — вспомнив совет таможенника, предложила я.
Прий оценивающе окинул взглядом кучу вещей.
— В принципе, утащить можно, хотя всё равно лучше ненужную сейчас часть где-нибудь оставить.
Быстро рассортировав вещи на две сумки: необходимый минимум и всё остальное, все мы, теперь уже вместе, перешли на пассажирский вокзал и отыскали камеры хранения. Они не вызывали ощущения надежных: охраны рядом не видно, дверцы ящиков прозрачные, а замки хотя и есть, но не работают. Даже табличка, что, в связи с отпуском оператора, сейчас здесь бесплатное самообслуживание, не утешила. Смысл-то от камер, из которых наше добро может забрать любой желающий? К слову, судя по отсутствию вещей в камерах, другие пассажиры тоже не рвались пользоваться сомнительной услугой.