Сделала ещё несколько глотков и села на небольшой торчащий из-под земли камень. Подчинённые подошли ко мне ближе, напряженно следя за каждым моим действием. По неизвестной мне причине они начали обращаться друг к другу не по именам, а по цифрам, что я дала им ещё утром. Словно это придавало им уверенности и сил. Словно они больше не те, кем они были ранее.
— А как вы сами думаете? — улыбнулась им. — Пора вам проснуться, детишки, и взглянуть на ту жопу, в которой вы оказались. Самых сильных и опытных бойцов отправили вперёд, в то время как вы… сборище зелёных сопляков, которые недавно ещё мамкину сиську сосали, находитесь тут. Причём и во времена кадетского обучения не демонстрировали себя с особой стороны, верно? Вы — мусор! Пушечное мясо, от которого и избавиться не жалко. И я… вместе с вами увязла в этом дерьме. Единственный выход — отбросить сомнения и всё человеческое. Забудьте то, кем вы были ранее. Аристократ, ребёнок врачей или кузнеца… Сейчас вы просто пятеро юнцов, и единственные люди, которым можете смело доверять. И то лишь по той причине, что попали в одну лодку. Ни мне, ни другим командирам, ни главнокомандующему доверять нельзя. Больше нет. Если хотите жить, никому не верьте. Только себе.
— Но… — вздохнул Третий, нервно почёсывая затылок. — Как… как нам быть?
От каждого произнесённого мной слова их глаза округлялись, а руки сжимались в тугие кулаки. Они злились и ужасались. Но ничего с этим поделать не могли. Даже поспорить и опровергнуть эти слова, уже успев увидеть несколько десятков трупов… Трудно с этим спорить. Наверное, кто-нибудь другой на моём месте сказал бы, что все они бравые солдаты, и на них полагается всё человечество. А также что-то о их силе, чести, достоинстве и долге. Но… я не оратор. Я говорю то, что думаю. Говорю правду. За это меня зачастую и ненавидят. Почему? Да потому, что «правда» самый редкий и бесценный в наше время ресурс. Не золото, не деньги, не еда и не земли, а именно — правда. И я следую лишь за теми людьми, кто даёт мне эту правду. Пускай, с самой дерьмовой точки зрения, но главное — правду. Тогда я смогу действовать. Я смогу, но не эти детишки.
— Хм… — положила руки на колени, слегка согнувшись в спине, и, устало выдохнув, начала думать. — Ясное дело, что до стены Мария мы не дойдём. Также я не гарантирую, что наш Отряд Смертников не поредеет в следующем часу. Но и отступать никак нельзя. Оружия толком нет, а смертей всё больше… Пятый, — повернулась к парню. — Ты ведь местный, верно? Если судить по сигнальным ракетам, куда мы движемся?
— Эм… — брюнет огляделся. — Если мне не изменяет память, то… мы движемся в сторону Гигантских Деревьев. Это лес, что к северу отсюда. Но я уверен, что главнокомандующий обойдёт его. Слишком опасно разбивать войско.
— Гигантские Деревья говоришь… — вновь отпила из фляги. — Что ж… значит, движемся туда. Думаю, Эрвин всё же пошёл через лес, пытаясь заманить ту здоровую тварь.
— Это вы о той женской особи? — нервно вздохнул Второй, потирая рукой свой длинный нос. — Она… какая-то не такая. И её взгляд… она смотрела прямо на меня! Прямо в глаза! Но… но почему-то ушла в сторону. Не охотилась, как остальные…
— Да потому, что она такая же, как этот пресловутый Эрен Йегер, о котором все только и говорят, — фыркнул гордо Первый. — Я прав, командир? Вы ведь это тоже заметили. То, как она улыбнулась, когда поняла, что мы столкнёмся с таким количеством титанов…
— Верно мыслишь, Первый, — с усмешкой привстала и похлопала блондина по плечу. — Вопрос только — кто это? Кто-то из своих? Может, начальство? Или старушка из соседнего дома? А может, твой друг по парте ещё со времён обучения в училище? Кто?
Все вновь напряглись, опуская взгляд. От мысли, что они реально никому не могут доверять, немного пугала их, но в тоже время и объединяла. Теперь они смотрели друг на друга так, словно в этом мире больше никого не существует. Только они, и только сейчас. Гордость от своего происхождения, лень и нежелание работать, неуверенность, страх… всё это было отброшено. Вопросы больше не задавались. Третий решил всё оббежать поле, на котором мы остановились, и поискать полезные для нас вещи. Это было мерзко. У некоторых до сих пор желтизна выступала на лице, как только они видели распотрошённые внутренние человеческие органы. Это меня уже мало чем удивишь. Всё это проходила и неоднократно. Но детишки…
Через пятнадцать-двадцать минут Ураган неожиданно заржал, нанося звонкие удары копытами по земле. Все уже знали, что это за сигнал, и, не дожидаясь моей команды, побежали к своим лошадям, продолжая путь. Как раз в это время из-за холма вышел один из гигантов, что, размахивая руками в разные стороны, пытался нагнать нас. К счастью, это был обычный десятиметровый титан. И на длинных дистанциях они не очень быстрые. Выдыхаются.