«Фалько, иди в суд. Ты же хочешь присутствовать, когда эти ублюдки тебя покарают».
Он был прав. Я забрал тогу, которую ранее оставил у привратника, и проскользнул в Базилику как раз в тот момент, когда Пациус с удовольствием разносил мою репутацию в пух и прах. К счастью, денег у меня было мало.
Кроме Петрония, все мои знакомые, похоже, были там и слушали. Ну, по крайней мере, слушали. Людям нравится видеть, как их друзей унижают, не правда ли?
Обвинение против Кальпурнии Кара: К. Пациус
Африканский о М. Дидиусе Фалько
...Подумайте, что это за человек. Что известно о его истории? Он служил в армии. Молодым новобранцем его отправили в провинцию Британия. Это было время Боудиканского восстания, этого жестокого события, унесшего столько жизней римлян. Из четырёх легионов, находившихся тогда в Британии, некоторые впоследствии были удостоены почестей за свою храбрость и славу победы над мятежниками. Был ли среди них Фалькон?
Нет. Солдаты его легиона опозорили себя, не откликнувшись на призыв сослуживцев о помощи. Они остались в лагере. Они не сражались. Другим же досталась честь, в то время как Второй Август, включая Дидия Фалько, бросил их, заслужив лишь позор. Конечно, Фалько подчинялся приказам; другие были виновны, но помните: как слуга Сената и народа, он был наследником.
Он утверждает, что тогда был разведчиком. Я не могу найти никаких записей об этом. Он ушёл из армии. Отслужил ли он свой срок? Был ли ранен? Был ли он отправлен домой с почётным дипломом? Нет. Он сам выпросил себе увольнение на условиях, которые держатся в тайне.
Далее мы слышим об этом человеке, действовавшем как осведомитель самого низкого сорта из сомнительной базы на Авентине. Он шпионил за женихами, разрушая их надежды на брак клеветой…
«Возражение!»
«Отклонено, Фалько. Я видел, как ты это сделал».
«Только для скверных охотников за приданым, Марпоний...»
«И кем это тебя делает?»
«Возражение удовлетворено, Ваша честь».
Он нападал на вдов в час их утраты.
«О, возражение, пожалуйста!»
«Поддерживаю. Вычеркните вдов. Даже у Фалько есть совесть».
Не будем придираться, господа: Дидий Фалько выполнял грязную работу, часто для неприятных людей. Примерно в то же время ему невероятно повезло для человека его класса. Дочь сенатора влюбилась в него. Это стало трагедией для её семьи, но для Фалько это стало пропуском в респектабельность. Игнорируя мольбы родителей,
Своенравная молодая женщина сбежала со своим героем. С этого момента положение её благородного отца резко пошло на спад. Вскоре её братьям предстояло попасть в сети Фалько – вы видели молодых людей при дворе, поддавшихся его неисправимому влиянию. Теперь вместо многообещающей карьеры, которая когда-то ждала их, их ждёт крах.
И чем он теперь занимается? Обвиняет почтенную матрону в убийстве. Самое отвратительное преступление, в котором даже Фалько теперь признаётся.
«ошибся». Были «другие доказательства», которые доказывают, что
«кто-то другой это сделал».
Я не буду обращать внимания на его оскорбления и скандальные выпады в мой адрес. Я могу выдержать его нападки. Те, кто меня знает, не поддадутся их влиянию. Любая обида, которую я испытал лично, слушая его оскорбительную тираду, пройдёт.
Ваша честь, именно на вас я больше всего злюсь. Он использовал ваш суд как площадку для необдуманного обвинения, не подкреплённого никакими доказательствами и прикрытого лишь собственной бравадой. Как видите, моя клиентка, Кэлпурния Кара, просто слишком расстроена, чтобы явиться сегодня в суд.
Избитая и оскорблённая со всех сторон, она превратилась в призрак. Я знаю, она шлёт извинения и умоляет о прощении. Эта благородная женщина и так достаточно выдержала. Прошу вас, умоляю, возместите ей ущерб, причинённый Кальпурнией Карой. Могу ли я предположить, что для возмещения ущерба, причинённого Кальпурнии Каре, потребуется не меньше миллиона сестерциев?
Боже мой! Должно быть, у меня проблемы с ушами. Он не мог этого сказать. Миллион?
Что ж, он совершил ошибку. Великий Пациус переоценил свои силы.
Марпоний был всадником. Когда финансовая статья, определяющая социальный ранг самого судьи, составляет всего четыреста тысяч, спрашивать цену квалификации в Сенате от имени женщины было безумием. Марпоний моргнул. Затем он нервно рыгнул, а когда выдал награду, уменьшил запрашиваемую сумму вдвое.
Полмиллиона сестерциев. Сохранять спокойствие было нелегко.
Камилли, возможно, и принесли что-то, но я мало от них ожидал. В нашем партнёрстве, если мы вообще когда-либо обсуждали деньги, я использовал братьев как бесплатных учеников. Всё зависело от меня. Я был в долгу, который никак не мог себе позволить. Мой банкир прямо сказал мне: я не смогу собрать полмиллиона, даже если продам всё своё имущество.