Судья Мур заявил, что, прежде чем допускать заключенных к даче показаний, он хотел бы заслушать их в отсутствие присяжных. Первым стал давать показания Рэндалл Крейг, приговоренный к 10 годам тюремного заключения за ограбление. Он сказал, что 17 августа следователь окружной прокуратуры Дон Эванс спросил у него, пытался ли Каллен Дэвис нанять его для убийства. Крейг ответил отрицательно, и тогда следователь сказал: "Стыдно забывать, что Каллен просил тебя об этом. Ну хорошо. Я отправлю тебя обратно в тюрьму, а ты хорошенько там обо всем поразмысли на досуге". Крейг добавил: следователь обещал ему, что прокуратура прекратит возбужденное против него дело, если он придумает что-нибудь такое, что поможет прижать Каллена Дэвиса к ногтю. В ходе перекрестного допроса Крейг (которому было 20 с небольшим) признал, что уже был судим за ограбления в 1972, 1975 и 1978 годах, но что для этого была причина — он был наркоманом.
Затем с показаниями выступили Джон Флорио и его племянник Сальвадор. Эти двое прибыли прямо из камеры и рассказали еще одну удивительную историю о злоупотреблениях властью. Сальвадор Флорио не выходил из тюрьмы практически всю свою жизнь и в настоящее время в местной тюрьме округа Таррент отбывал 20-летний срок за ограбление при отягчающих вину обстоятельствах. Он заявил, что сотрудники окружной прокуратуры в мае зашли к нему в камеру. "Они сказали, что получили анонимное письмо, в котором говорилось, что нас с Джоном будто бы наняли для убийства Присциллы Дэвис. Услышав это, я рассмеялся и сказал, что знать не знаю никакого Каллена Дэвиса". Далее Сальвадор Флорио сказал, что эти люди предложили ему с Джоном какую-то сделку, детали которой они не уточнили, если те подтвердят, что Каллен пытался нанять их в качестве убийц. "Они хотели, чтобы мы сами придумали что-нибудь такое, что могло бы помочь состряпать дело против Дэвиса", — добавил Сальвадор Флорио. Его дядя Джон, отбывавший 60-летний срок за то же преступление и признавший, что ранее был судим за вооруженное ограбление, простое ограбление и незаконное приобретение наркотиков, подтвердил рассказ своего племянника.
Толли Уилсон, который удивительно спокойно для юриста реагировал на только что высказанное в его адрес обвинение в подстрекательстве к лжесвидетельству, сказал, что и дядя, и племянник "исказили" всю эту историю. Окружная прокуратура действительно получила анонимное письмо, сказал Толли Уилсон. Когда следователи приехали в тюрьму штата Техас в Хантсвилле, чтобы проверить полученную информацию, дядя и племянник заявили, что у них имеются пленка и фотографии, доказывающие, что Каллен однажды пытался нанять их в качестве убийц. "Я не верил им с самого начала, — продолжал следователь, — но нам все равно нужно было все это проверить". По рекомендации Флорио два следователя были командированы в Нью-Йорк, чтобы попытаться, если повезет, разыскать пленку и фотографии, но сделать это им так и не удалось. Что же касается самого письма, то "Джон Флорио в конце концов признался, что написал его сам".
К концу дня судья Мур вынес неожиданное решение. Он сказал, что как Крейг, так и оба Флорио могут дать показания в присутствии присяжных. "Ведь это версия защиты, — сказал он. — Если уж она решилась пуститься в плаванье вместе с ними, то мешать ей мы не будем". Адвокаты, однако, уже стали задумываться, стоит ли связываться с тремя уголовниками. Майк Гибсон признал, что защита хотела бы "еще раз изучить" их показания, а пока все трое должны возвратиться в тюрьму. Через несколько дней после того, как с показаниями выступило еще несколько свидетелей, защита все же вызвала Сальвадора Флорио. Но к тому времени она стала вести себя значительно более осмотрительно, поэтому показания Флорио, в сущности, не дали никаких результатов. И все же споры по поводу показаний трех заключенных возымели свое действие. Процесс, который по подсчетам Пита Мура должен был закончиться через три недели, все еще продолжался, и обе стороны начали проявлять признаки раздражительности. Очень скоро эта раздражительность переросла в откровенную враждебность.
Теперь уже все чаще высказывалось предположение, что Каллену Дэвису придется, видимо, самому выступить с показаниями. Это мнение получило еще более широкое распространение после того, как за 10 дней до рождества с показаниями выступила Карин Мастер. В Амарилло она снабдила своего возлюбленного алиби. На этот раз, однако, для его освобождения необходимо было что-нибудь более существенное. Достоверность пленок не подвергалась сомнению, и только один Каллен мог объяснить, что означал этот странный разговор об убийстве.