В данном случае речь шла прежде всего о Роберте Сохилле, следующем свидетеле защиты. Поскольку этот человек первым столкнулся с Бев Басе, когда та убегала от преследовавшего ее убийцы, возникал вопрос: почему обвинение не вызвало его в суд? Можно было предположить, что рассказ Сохилла будет противоречить показаниям Бев Басе, и это на самом деле было так. Басе утверждала, что, вскочив в машину Сохилла, назвала имя убийцы. При этом она говорила то ли о Каллене Дэвисе, то ли о "владельце большого дома на холме". В своих показаниях, однако, Сохилл отрицал это. Он сказал, что имя Дэвиса упоминалось только один раз, когда девушка заметила: "Дело в том, что Дэвисы сейчас разводятся". Однако в ходе дальнейшего допроса Сохилла стало выплывать нечто новое. Это "нечто" пока еще не было очевидным фактом, но со временем стало "приобретать все более реальные очертания в сознании присяжных. Некоторая путаница в определении точного времени происшедших событий возникла еще ранее, но теперь ситуация еще более обострилась. Сохилл был абсолютно уверен, что в ту ночь позвонил в полицию в 12.20. Он вспомнил, что, когда уходил вместе со своими коллегами по службе из бара "Рамада-инн", кто-то проворчал, что закрывать бар в полночь просто неприлично. Сохилл вспомнил, что еще посмотрел на часы в холле, а затем на свои собственные. И те и другие показывали ровно 12.05. Расстояние между баром и тем местом на Хален-бульваре, где он впервые увидел Бев Басе, было ровно 15 км (он для верности проверил это позже). Учитывая, что ему пришлось сделать разворот на шоссе № 20, а также то, что он ехал с нормальной скоростью, весь путь должен был занять у него 13 минут. Еще минуты две прошло с того момента, когда он посадил Басе в машину и позвонил в полицию. Таким образом, получалось, что он вызвал полицию ровно в 12.20. Однако по записям в журнале дежурств полиции звонок от Сохилла поступил на 22 минуты позже (и по меньшей мере на 20 минут позже того момента, когда Присцилла начала стучать в дверь соседнего дома, умоляя его владельцев вызвать полицию). Это несоответствие стало еще более очевидным, когда вспомнили, что охранник Джон Смедли, прибывший на место как раз в тот момент, когда Сохилл звонил в полицию, сказал, что все это произошло в 12.47. Записи в журнале дежурств диспетчерской службы Смедли подтвердили это.
Следующий свидетель защиты внес в это еще одну загадку. Джон Бруче, главный управляющий транспортной фирмой, сказал присяжным, что когда в ту ночь они с женой проезжали мимо особняка по Хален-бульвару, то увидели, как по аллее, ведущей к дому Дэвисов, медленно ехала какая-то большая, дорогая автомашина последней марки. Цвет он не разглядел, хотя и успел заметить, что машина была одноцветной (в отличие от синего "кадиллака" с белой крышей — машины Каллена, которая, как предполагалось, стояла в то время в гараже в центре города). По мнению Бруче, это случилось в 10.50 вечера. Свое утверждение он обосновывал тем, что, когда они с женой выехали со стоянки у церкви в центре города, они посмотрели на часы на здании банка "Континентал", которые показывали 10.33. Он вспомнил, что в тот день они обещали приходящей няне быть дома до 11.00. По дороге они еще заехали в магазин разменять деньги. Таким образом, когда они проезжали мимо особняка Дэвисов, на часах должно было быть около 10.50. Получалось, что все это произошло по меньшей мере за час до того, как Присцилла и Стэн Фарр вернулись домой. Хейнс отпустил свидетеля и прошелся мимо присяжных, многозначительно закатывая глаза и почесывая в затылке. При этом на его лице было такое выражение, словно он хотел сказать: "Интересно, кто же был в той машине?"
Как бы там ни было, но защита добилась своего. Теперь уже возникли сильные сомнения относительно точного времени всех событий. Выявленный перерыв, длившийся от 20 до 57 минут, был как будто бы и незначительным, если учесть масштабы всего случившегося, но все же достаточно долгим, чтобы дать возможность вступить в сговор. Необходимо было все-таки выяснить, что же это была за машина (или машины), которая въезжала на территорию особняка и выезжала оттуда. Поэтому защита вызвала своего следующего свидетеля, который должен был подтвердить, что в ночь, когда были совершены убийства, Каллен Дэвис ездил на своем пикапе. Джейк Смит, ночной дежурный на платной стоянке для автомобилей у здания банка "Континентал нэшнл", где Каллен держал и свой бело-синий "кадиллак", и пикап, показал, что 2 августа Дэвис выехал из гаража на своем пикапе в 5.30 вечера. Джейк Смит знал точно, что в полночь, когда закончилась его смена, "кадиллак" Каллена все еще стоял в гараже. "Машина г-на Дэвиса была видна мне из будки, — с уверенностью сказал Смит, — поэтому я точно знаю, что она стояла там все время". Желая доказать, что он не ошибся, Смит извлек журнал дежурства за 2 августа, где были отмечены номера всех машин, остававшихся в гараже, когда он передавал смену. "Точно, — сказал он, показывая на список. — Вот он, этот номер". Смит добавил, что в ту ночь больше не видел ни Каллена, ни его пикапа.