- В конце недели день контрразведки. Будет праздничный банкет. Весь департамент гуляет. Я бы хотел пригласить тебя пойти со мной в качестве своей девушки. Что скажешь?
- Эмм… да, с удовольствием.
- Отлично. Я заеду за тобой в субботу, в шесть. Форма одежды самая праздничная.
Из плюсов я смогла выделить два: наши отношения официальны, он не боится появиться со мной рука об руку. Это главный. Побочный, но приятный: есть повод выгулять роскошное вечернее платье. Купленное для новогоднего корпоратива, оно было отбраковано за излишнюю помпезность. Оно было очень длинным, даже будто бы со шлейфом, черное, усыпанное кристаллами, сияющими под искусственным освещением, и очень красивым вырезом, оголяющим плечи.
Идти на подобный вечер я почему-то совсем не боялась, даже не нервничала. Все развивалось между нами так легко и степенно, что просто неоткуда было ждать подвоха.
В тот субботний день я не спеша завила волосы, достала платье, развесив на вешалке и дав ему радовать мой глаз во время сборов. Без пятнадцати шесть я приготовила к выходу черные замшевые лодочки и короткую шубку. Саша подниматься не стал, сказав в телефонную трубку, что я могу спускаться.
- Ты обворожительна, - он ждал у подъезда и тут же обвил рукой талию, мимолетно чмокнув в щеку.
ЭЭээ, я выглядела роскошно. Маловато слов, красавчик! Я хочу больше. Но мой кавалер выглядел нервным и возбужденным, причем явно не моей персоной. Мысленно одернула себя и дала время на поиск причин его волнения. Может, все же он боится приводить меня под взоры начальства? Зачем же звал тогда? Ну поглядим-поглядим, как говаривает моя ненаглядная Ирина Николавна.
Банкет, на который меня довезли в полном молчании, и правда был роскошным. Вот куда идут наши с вами налоги, товарищи. Огромный праздничный зал. Холл и треть помещения была свободной от всякой мебели для бесед перед торжеством. Дальше расположилось бесчисленное множество празднично украшенных столиков, ломящихся от бутылок и закусок. Во главе всего этого пиршества установили сцену, слегка подсвеченную софитами. Она пока пустовала, чего не скажешь о самом зале. Присутствовало человек триста, не меньше, и почти все они пока стояли на ногах, потягивая напитки, что разносили официанты. Стоял гвалт человеческих голосов, на фоне очень тихо играла музыка, впрочем, какая, было не разобрать. Все без исключения мужчины с военной выправкой, дамы в роскошных нарядах и брильянтах. Дорогих украшений у меня не было, что нисколько не портило мне настроения. Я жадно разглядывала все, что попадало в поле моего зрения. Саша еще на входе крепко сжал мою ладонь и вел меня за руку позади себя, на ходу раздавая мне ЦУ, чтобы я ни за что не потерялась, ведь никого не знаю и не найду нашего столика.
До которого мы добрались всего за каких-то двадцать минут. Я вновь была представлена двум мужчинам, которых видела ранее:
- О, Золушка! Помню-помню, - теперь уже внимательно глядя на меня, говорил один из них, очень крупный пятидесятилетний военный, представленный мне Сашей как Игорь Сергеевич. Второй, Владислав Егорович, мне лишь кивнул.
Компанию за столом нам составили такая же молчаливая, как супруг, жена Владислава Егоровича, Елена. И без умолку болтающая за всех семья Игоря Сергеевича – жена Светлана Павловна и дочь Кира. Восьмое место пустовало и когда я бросила на него взгляд, Кира тут же откомментировала:
- Мой парень не смог приехать, - ее слова мгновенно вызвали хмурое неудовольствие на лице отца, но тот смолчал. В остальном же беседа вышла вполне дружелюбной. Семья босса МОЕГО парня (ха-ха, представлена я была девушкой Александра, что уже второй раз за неделю резало мне слух. Этот «ярлык» мы не обсуждали ни до, ни после приглашения) выпытывала у меня подробности знакомства. Узнав, что началось оно еще в школе, Кира даже в ладоши прихлопнула!
- Какой он был в школе? Такой же хмурый и краснощекий? – ей даже сложно было усидеть в кресле, так распирало девичье любопытство. Мне такая реакция была несвойственна, но возможно, юные барышни в свои восемнадцать позволяли себе больше. Я притворно стала рассматривать его лицо.
- Я думаю, его щеки краснели всегда. Но мне это кажется милой особенностью, - ласково смотрю на Сашу, который смотрит не на меня. Ни Киру. И взглядом не добрым. – Но в школе он был очень самодостаточным, никогда не делал ничего в угоду чужому мнению. Обладал хорошей памятью и способностью к языкам, - я продолжаю, делая вид, что не замечаю обмена взглядами. Улыбаюсь и в попытках поддерживать светскую беседу задаю вопрос уже Игорю Сергеевичу, - надеюсь, эти качества не затерялись и помогают ему сейчас в работе?