— Вы твердолобый истукан, не видящий дальше собственного носа! — выплюнула я, вновь покосившись на гаджет, по-прежнему открытый и развернутый в мою сторону. Кажется, инспектор посоветовал мне следить за языком и пригрозил штрафом, но я не расслышала, так как все мое внимание было приковано к дате. Не к той, что стояла на фото Рокси, а к той, которая маячила в правом нижнем углу экрана. — Какое сегодня число? — подняв глаза на хмурого собеседника, пробормотала я.
— Вы и это запамятовали? — проворчал он, но потом нехотя ответил, подтвердив неприятные подозрения.
— Я отсутствовала не ночь, а три дня, — сказала, скорее, себе, нежели ему, и вновь опустилась на стул, обняв себя руками за плечи. — Неужели меня никто не искал?
Мистер Олди несколько долгих секунд гипнотизировал меня пристальным взглядом, словно хотел понять, о чем думаю, затем снова развернул к себе электронную «книгу» с эмблемой полиции на «обложке» и принялся что-то писать по экрану.
— Заявлений о вашей пропаже не поступало. — Отложив в сторону перо, он задумчиво побарабанил пальцами по столу, после чего искренне предложил: — Хотите, я позвоню вашим родителям, Кай… мисс?
— На западное кладбище? — теперь сарказмом сочились уже мои слова.
— Сочувствую, — сухо отозвался инспектор. — Тогда кто ваш опекун?
— Мистер Олди, — скрипнула зубами я, чувствуя, что мы вышли на новый виток недопонимания. — Я сама уже десять лет как опекун! Повторяю, меня зовут Кайли О’Коннелл. Сеть косметических салонов с одноименным названием знаете? — Собеседник пожал плечами, давая понять, что, если и видел, вряд ли запомнил. — Мне двадцать семь лет…
— Опять? — рявкнул мужчина, треснув раскрытой ладонью по столешнице так, что подпрыгнул не только гаджет, но и я.
— Что опять? — Растерянно моргнула, глядя на него.
— Опять вы мне врете, мисс!
— Не верите? — прищурилась я. — Тогда снимите отпечатки пальцев! — и протянула трясущуюся руку ему. — В полицейской базе они есть — их брали, когда расследовали гибель родителей, так что подтвердить мою личность труда не составит. И… — Я сглотнула, чувствуя, что мне как будто что-то мешает дышать. — И я… — Ладонь безвольно упала на колени. — И… мне… — Слова превратились в хрипы, глаза расширились от ужаса.
Я попробовала встать, но не удержалась на подогнувшихся ногах и начала падать, причем мимо стула.
— Мисс? Что с вами, мисс? Кайли! — Голос обеспокоенного сыскаря, склонившегося надо мной, звучал словно через толстый слой ваты.
Мне хотелось ответить, попросить о помощи или просто закричать, но вместо этого я лежала безвольной куклой на полу и чувствовала, как уплывает сознание.
Последнее, что запомнила, прежде чем отключиться, это возглас взъерошенного констебля, спросившего, что делать с моим пикапом, перегородившим въезд на территорию полицейского участка.