Недоверие старухи к органам правопорядка я полностью разделяла, особенно после недавнего общения на тему преследователя моей сестры, но развивать тему не стала. В салоне вновь пахнуло табаком, и я невольно поморщилась.
Язык чесался напомнить курильщице о здоровье, которое она активно гробит… пришлось его прикусить. Не мое это дело — ее вредные привычки. Тем более, судя по внешности и энергичности, с самочувствием у пожилой мастерицы все отлично.
Роксана не солгала — мы, действительно, вскоре свернули на размытую дождем лесную дорогу, перед началом которой возвышался светящийся указатель с названием населенного пункта.
Вот только вместо обещанной деревни нас встретили одинокий домишко с покосившейся крышей, пара сараев и гнилой забор в окружении древнего леса.
Идиллическая картинка, угу… для фильма ужасов!
— А где соседи? — Я боролась с новым приступом тревоги, глядя на эту «красоту» сквозь лобовое стекло, очищенное от потеков скрипучими дворниками.
— За деревьями, — спокойно проговорила моя спутница. Она заглушила мотор, взяла из бардачка громоздкий фонарик с довольно мощным лучом и, ободряюще мне улыбнувшись, сунула ключи от машины за солнцезащитный козырек с эмблемой нашей горячо любимой Дарилии. — Идем, чучелко. Найду, во что тебя переодеть — глядишь, похожей на человека станешь, а не на бордельную девку после грязевой вечеринки, — сомнительно сыронизировала Рокси, но я промолчала. Она вышла из пикапа и поманила меня за собой. Когда я тоже выбралась из машины и, ступив босыми ногами на холодную землю, начала неуверенно переминаться, мастерица одобрительно кивнула, развернулась и побрела к темному крыльцу. — Колодец там! — махнула она рукой в сторону каменного кольца, прикрытого листом железа.
Постояв еще немного в нерешительности, я бросилась к вожделенной воде, надеясь, что желудок ее примет так же, как капли дождя.
ГЛАВА 2
Роксана оказалась права: мне, действительно, требовалось что-то попроще напитков, прошедших несколько видов очистки. Обычная холодная вода из деревенского колодца, которую я жадно глотала прямо из ржавого ведра, была невероятно вкусной.
Странное дело, но чем больше я пила, тем яснее становились мысли, а озноб, наоборот, отпускал. С каждым новым глотком я чувствовала себя все лучше. Усталость проходила, мышцы расслаблялись, и ночь уже не ощущалась холодной, несмотря на то, что я была практически раздета.
Силы возвращались, а вместе с ними появилось и чувство, что все будет хорошо. И все так и было, пока не случилось неожиданное. Память, так бережно хранившая свои секреты, сдала позиции.
Воспоминания нахлынули подобно разрушительной волне, разбившей вдребезги мою уверенность в завтрашнем дне. Пальцы дрогнули, выронив ведро. Падая, оно чиркнуло по ноге, но боли я не почувствовала.
Я вообще ничего не чувствовала здесь… в настоящем. Потому что ощущения, которые переживала сейчас, были родом из прошлого.
В одном Рокси все-таки ошиблась: меня не изнасиловали. Собирались, но не успели, потому что я слишком рано пришла в себя и сломала грязные планы омерзительной троицы.
Они прятали лица за масками, но я запомнила каждого. Их запах, рельеф мышц, лоснящуюся в свете софитов кожу с черно-красными наколками, их повадки и голоса… Такое не забывается!
Как именно эти уроды умудрились скормить мне снотворное, я так и не поняла. Наверное, все-таки добавили в чай, как и подозревала. Но они просчитались, не зная, что омолаживающие процедуры, которые я проходила в мастерской, изменили также некоторые реакции моего тела.
Добавка перестала действовать раньше, чем у обычных людей, и… я очнулась.
Первое, что увидела — серую плиту потолка со свисающими на цепях лампами. Подвал, оборудованный под комнату для секс-развлечений, напоминал пыточную с установленной напротив кровати камерой из числа новинок, привозимых с Большой Земли.
Такие стоили дорого… как и кино для извращенцев с настоящими сценами насилия. Удивительно, что похитители не пристегнули мои руки к спинке кровати. Это их и погубило.
Их… Или меня?
Лоб снова начало жечь, и я, стерев остатки воды с подбородка, прижала к нему влажную ладонь в попытке усмирить боль. А перед глазами продолжали проплывать жуткие картины с моим участием.
Трое! Целых три амбала в кожаных штанах с металлическими заклепками, столь популярными в среде мастеровых. Три скрывающих лица подонка на одну меня, лежащую на постели в тонкой сорочке до середины бедра.
Плечистые, сильные, отвратительно довольные и омерзительно самоуверенные скоты, решившие, что им можно все! Они кружили вокруг, будто коршуны, переговаривались и посмеивались, решая, кто возьмет меня первым и чем потом они станут ломать мои кости.