– Я, – слышу позади себя короткое слово, сказанное до боли знакомым голосом. На секунду закрываю глаза, стараясь сконцентрироваться. По телу пробегает едва уловимая дрожь, оповещая о крахе моих надежд.
Повернувшись к нему лицом, удерживаюсь о столешницу из натурального камня, чтобы не упасть. Нас разделяют примерно четыре метра, которые кажутся жалкими миллиметрами. Еще бы. Когда сам Дьявол находится с тобой в одной комнате, совсем не важно, сколько между вами сантиметров, ведь твоей жизни однозначно пришел конец.
В этот раз на нем обычное черное трико и серая майка, но даже в этом он выглядит устрашающе и до жути серьезно. Задерживаюсь взглядом на рельефном торсе, виднеющемся даже сквозь ткань. Должна признать, выглядит он неплохо.
– Ты не в том положении, чтобы пялиться, бусинка, – с еле заметной хрипотцой произносит он. Отвожу взгляд к полу, стараясь не выдать смущения.
– Что ты хочешь? – тихо произношу.
Он не удостоил меня ответом. Я осмелилась и подняла свой взгляд с пола на его глаза. Карие, почти черные, не знающие доброты, в них – ненависть и отвращение. Последнее я смело могу оправдать, зная, как выгляжу в данный момент. Губы изогнулись в ухмылке, придавая лицу злости. Неприятная дрожь пробежала по моему телу, несмотря на очень теплый пол, босые ноги покрылись мурашками.
– Ты такая жалкая, Рейчел, – протянул он, двигаясь в мою сторону, медленно, словно смакуя вкус страха. И как я могла подумать, что мое имя ему неизвестно? – Мне ничего не стоит уничтожить тебя. Понимаешь?
– А как же? – резко отвечаю. – Я видела, как ты убиваешь.
– Тебе же хуже, – между нами остается не больше метра. – Твоя жизнь, могла бы быть насыщенной и спокойной, не окажись ты там.
– А знаешь, если уж мне суждено умереть, то я хочу сказать тебе, что ты конченый урод! – страх неожиданно испарился, давая волю ненависти. – Мерзкий, бессердечный ублюдок… Ненавижу!
Мне показалось, что в его глазах появилась капля доброты, но спустя секунду вернулось безразличие. Мерзавец рассмеялся, приближаясь ко мне на полшага. Бежать некуда, а двинуться назад – значит, показать свою слабость перед ним. Этого делать я точно не хочу.
– Сколько эмоций… Именно это делает тебя слабой, никчёмной, уязвимой, – произносит он, смотря на меня. – Думаешь, нагрубив, ты доказала свою силу? Нет. Ты лишь развеселила меня и показала, насколько я тебя пугаю.
Я закусила внутреннюю сторону щеки, осознавая его правоту.
– Не подходи ко мне! – грубо говорю, выставляя руки вперёд себя.
– А то что? – мужчина нарочно приближается еще ближе, опуская мои руки и оставляя между нами не больше пяти сантиметров. Тело пленила дрожь. Вдыхаю, как можно больше воздуха, унимая панику.
Взмахнув рукой, хочу дать пощечину, но он быстро перехватил мою руку и крепко сжал на запястье.
– Не смей так делать, бусинка, – прошептал он, наклонившись к моему уху. В пять слов вложено столько ненависти, что мне хочется расплакаться. Монстр.
Он потащил меня через кухню, обратно в зал, не ослабляя хватку. Стараюсь сопротивляться, но по силе он меня превосходит.
– Зачем я тебе? – не надеюсь на ответ, но все же спрашиваю.
Снова тишина. Остановившись посреди зала, он повернулся ко мне и взял вторую руку, с такой же силой. От его кожи исходит тепло, но сила, с которой он меня держит, перебивает это приятное ощущение. Противное покалывание в области шеи поразило меня.
– Сколько можно ждать?! – слышу приглушенный голос мерзавца. Такое чувство, что он стоит не рядом со мной, а в другой комнате. Голову неприятно закружило, а очертания комнаты стали размытыми. Словно на только что нарисованный акварелью пейзаж вылили теплую воду. – Ты что, не можешь уследить даже за девчонкой?!
– Прости, Хантер, – чужой голос раздался басом в моей голове, отдавая противное эхо. – Я не думал, чт…
Я перестала слышать. Знакомое ощущение. Снова накачали. Ноги стали ватными, лишая меня возможности устоять. Сильные руки подхватили меня и понесли в неизвестном направлении. Судя по остаткам ощущений наверх, значит, не в ту темную комнату. Не стоит обольщаться, все может быть куда хуже. Мое тело, лишенное возможности двигаться, приземлилось на что-то мягкое, словно облако.
– Не-на-ви-жу, – говорю, прежде чем потерять сознание окончательно.