Как же мне надоело его слушаться. Надеюсь, план Криса сработает и совсем скоро я окажусь вдали от этого мерзавца, вдохну запах свободы.
Вернувшись в свою комнату, первое, что вижу – футляр. Заинтересованно открываю и обнаруживаю то ожерелье с аукциона. Все-таки, это самое прекрасное украшение из всех, что я видела. На кровати появился чехол, в котором, уверена, находится платье, то, что Хантер хочет на мне видеть во время ужина. Я обещала вести себя хорошо, но не говорила, что надену то, что он подобрал.
– Ты готова? – спустя несколько часов спросила Эрика, входя в мою комнату. Взглянув на меня ее лицо стало удивленным. – Почему ты до сих пор в джинсах? Семейство Джойс уже заходят в дом. Хантер хотел, чтобы вы встретили их вместе. Переодевайся, скорее!
– Миссис Уилсон, я пойду так, – констатировала я, выходя из комнаты.
– Ох, деточка…
– Не переживайте, все будет хорошо! – я подмигнула ей.
Пожалуй, неповиновение Хантеру – единственное, чем я могу поразвлечь себя, находясь тут. Увидев меня, на его лице появились такие эмоции как ярость, ненависть. Конечно, джинсы и блуза отличаются от элегантного красного платья. Показывать свою злобу ему нельзя, на нас же смотрит его конкурент, поэтому он лишь притягивает меня к себе, чуть сильнее сжимая руку на моем бедре. Жена Мартина оказалась такой же личностью, как и он – с самого порога вызвала лишь отвращение.
– Рад видеть вас снова, Рейчел, – сказал Мартин. – Знакомьтесь, это моя жена Нора и наша чудесная дочь Лили.
– Очень приятно, – вру, глядя на девушку, чуть старше себя. Вдруг, мне стало неуютно в таком одеянии. Нора выглядит изящно. Зеленое платье до колена подчеркнуло все ее достоинства. – Добро пожаловать в наш дом!
– Прекрасно выглядите, Рейчел. Вот за что вы мне нравитесь, так за вашу простоту, – Мартин оглядел меня. – Хантеру повезло с вами.
– Еще как, – он поцеловал меня в щеку.
Мы прошли в столовую. Обстановка оказалась хуже, чем я думала. Ужин проходил в тишине, которую изредка разрушала Лили, показывая свою невоспитанность. Могу понять, чем этот ребенок не угодил Хантеру. Капризная, своенравная, хитрая девочка, которая уже сейчас смеет оскорблять старших.
– Фу, как невкусно, – с отвращением проговорила она, копаясь пальцами в пасте с креветками. – Ваша служанка ужасно готовит.
– Попробуй помыть руки, возможно именно они портят весь вкус, – спокойно констатирую, вставая на защиту Эрики. Хантер едва заметно улыбнулся и погладил меня по ноге под столом.
– Папочка, пусть она извинится, – едва не плача сказала девочка.
Мартин глянул на меня с неким отвращением, будто пара слов испортила все впечатление. Я не чувствую вины. Ему стоит лучше воспитывать свою дочь, либо не выводить ее в люди.
– Хантер, отойдем? – процедил мужчина сквозь зубы.
Он лишь кивнул и, поцеловав меня в щеку, ушел. Кажется, своими словами я нарушила ту шаткую грань и теперь проблем не избежать. Все время, что мужчин нет, мы с Норой изредка смотрим друг на друга, не произнеся ни слова. Она явно не в восторге от моего общества, хотя, это полностью взаимно. Лили продолжила болтать всякую ересь, но уже тише.
– Не понимаю, что он в тебе нашел, – вдруг произнесла девушка. – Ты обычная, сомневаюсь, что можешь поддержать его интересы. Откуда же Хантер тебя достал?
– Оу, я, кажется, понимаю, почему твоя дочь невоспитанная, – закатив глаза и едко улыбнувшись отвечаю ей. – Просто она берет пример со своей матери.
– Ты, вероятно, даже не знаешь, чем он интересуется, – она сделала глоток белого вина, прежде чем продолжить. – Тебе должно быть льстит его внимание.
– Я знаю о нем все, – отрезаю. – А тебе стоит интересоваться своим мужчиной, а не нашими отношениями!
– Ничего ты о нем не знаешь и уж тем более не уважаешь своего мужчину, иначе бы не явилась на ужин в этом, – она с отвращением указала на мою одежду.
– Стоп! – меня вдруг осенило. – У вас что-то было…
– Нет! – Нора поменялась в лице. Появилась паника, которую без труда можно разглядеть в ее мимике. – Я люблю своего мужа.
– Ну-ну, – я усмехнулась. – Не лезь ко мне, если не хочешь, чтобы я начала играть с тобой.
До самого прихода мужчин мы молчали, лишь иногда я ловила на себе ее яростные взгляды, полные ненависти. Вернувшись, Мартин быстро собрался и уехал, прихватив свое семейство.