Всхлипы стали настолько громкими и частыми, что говорить я не могу совсем. Такое чувство, что вместе со словами у меня вырывают по кусочку души, оставляя там дыры, которые не залатать. Кристофер неестественно бледный. Нет привычной улыбки. Он так любил смеяться… Боже, я никогда не слышала смеха заразительнее и глаз, более искрящихся. Он отдавал всего себя, чтобы не делал. Как бы не было ему плохо или больно – Крис держался, старался быть оптимистом и спасал нас даже тогда, когда шансов быть живыми у нас не было. Это он научил меня принимать людей такими, какие они являются и не бежать от опасностей.
– Спасибо за жизнь, которую ты мне показал, – произношу тихо, гладя его руку. – Я отпускаю тебя, мой мальчик. Никогда не забуду…
Я разворачиваюсь и уверенно бегу к выходу, фактически ничего не видя. Сев на лавочку, вдыхаю холодный воздух, пробирающий до мурашек и чувствую на себе капли дождя. Даже погода чувствует, что сегодня нельзя быть солнцу. Почему ему не выпала даже малейшая возможность выжить? Почему?!
– Пора на кладбище, Рейчел, – Патрик подал мне руку.
– Где Хантер? Ты его нашел? С ним все в порядке?
На шквал моих вопросов мужчина лишь пожал плечами.
Хантер не появился и на кладбище, убивая тем самым во мне веру в него окончательно. Есть ли шанс, что он вообще объявится, если не явился даже на похороны к единственному родному человеку? Наверное, нет. На кладбище были лишь Патрик с отцом и я, где-то издалека наблюдала Эрика, так и не решаясь подойти. Оно и к лучшему. Если бы она только приблизилась – весь мой гнев и боль обрушились бы на нее.
Прошло уже не менее четырех часов, а я все также сижу у могилы Криса, не найдя в себе сил уйти. Да и куда? В дом к Хантеру я не смогу больше войти – слишком больно, та же самая история с квартирой и домиком. Мне хочется помнить о нем, но не быть там, где все напоминает об этих событиях. Патрик присел рядом и положил руку ко мне на плечо.
– Ты убьешь себя этим, – тихо произнес он. – Ты должна жить. Должна отпустить его. Я терял многих, но мне никогда не было так больно. Я тебя понимаю.
– Он был самым лучшим человеком на этой планете, – вытираю остатки слез и смотрю вдаль. Туда, где виднеется закат, который мы так любили встречать вместе с Крисом.
– Давай, я отвезу тебя домой? Ты совсем обессилена…
– Не хочу. Не смогу там больше. Этот дом – кладбище воспоминаний.
– Я отвезу тебя в то место, в котором ты должна быть, – он встал и протянул мне руку. – Доверься, я не причиню тебе зла, хотя бы в память о Кристофере.
Я безразлично подаю ему руку и поднимаюсь с лавочки. Шагаю следом к машине. Мы едем в неизвестном мне направлении. В общем-то, мне и все равно. Кристофер погиб, Хантер меня оставил, даже не сказав ни слова. Есть ли смысл бояться чего-то еще? Черт, да пусть меня даже убьют! Так будет легче…
Патрик привез меня к многоэтажному дому в спокойном районе и остановил машину. Я чувствую, что он знает что-то, что неизвестно мне, но сил допрашивать его просто нет.
– Рейчел… – он все никак не решается сказать что-то. Покопавшись где-то в бардачке, Патрик протянул мне ключи и два конверта. Я вопросительно посмотрела на него. – Ты все поймешь, когда прочитаешь. Восемнадцатый этаж, квартира двадцать один. Я должен ехать, прости.
Не сказав ни слова, я выхожу из машины. Несмотря на свои слова, Патрик делает то же самое.
– Вот мой номер, – он протягивает мне небрежно вырванный откуда-то листок с цифрами. – Пожалуйста, звони мне если тебе что-то понадобится или ты просто захочешь высказаться. Крис дорожил тобой, а значит, я буду оберегать тебя вместо него. Отдохни сегодня, побудь одна, а завтра я привезу к тебе твоего отца. Не волнуйся, я пригляжу за ним.
– Спасибо, Патрик, – я легонько приобняла его и пошла внутрь дома.
Минуя охрану, которая судя по реакции уже знает меня, я двинулась к лифту. Он уже не пугает меня. Мне больше совсем ничего не страшно.
Квартира оказалась небольшой, но такой знакомой, будто мне уже приходилось в ней бывать. Я присела на диван и судорожно начала распечатывать конверты. Оба не подписаны.